Закон толковища – ( ) / .

Содержание

«Толковища» и «ксивы». Великие битвы уголовного мира. История профессиональной преступности Советской России. Книга первая (1917-1940 г.г.)

«Толковища» и «ксивы»

«Воровской закон» провозглашал принцип «демократии для избранных». Под этим подразумевается равноправие каждого «блатного» перед нормами «закона». Все «воры» — «братья», «братва». Или, как часто называют они сами себя, — «свояки?». Был и ещё один синоним слова «вор» — «родич», «ро?дский» (то есть родной). Ни один «родич» не имел права поднять руку на другого, даже если тот заслужил это своим поведением. Осудить «вора» за проступок, определить степень тяжести содеянного могла только «воровская сходка». В местах лишения свободы считалось недопустимым выяснять отношения «вору» с «вором» в присутствии «фраеров», «мужиков», «фуцанов». Этим наносился ущерб достоинству всей касты.

Вообще на общих сборах «воров» решались все важные для «уркаганского» мира вопросы: определялась тактика поведения «честного вора» в той или иной ситуации, изменялись или добавлялись определённые нормы «закона» (если это диктовала суровая действительность), обсуждались конкретные проблемы… И, конечно, решалась судьба того или иного «блатаря».

Собрание «законников», где обсуждалось недостойное поведение «вора», обычно называлось «прави?лка» — от слова «править», «поправлять». В остальных случаях «общее собрание» определялось как «сходка», «сходняк», «толковище».

«Сходки» мог потребовать любой «честняк», если считал, что у него для этого есть веские причины. Причём для принятия имеющего вес решения должно было собраться значительное количество «законников». В 60-е годы для этого требовалось не менее пяти человек; в 30-е — значительно больше (учитывая, что на первых порах количество «законных воров» достигало десятков тысяч). При этом на «правилки» — «суды чести» — ни один «честняк» не имел права явиться в нетрезвом состоянии: ведь решалась судьба его собрата…

Достаточно свободные условия содержания заключённых в довоенных лагерях позволяли «ворам» на первых порах не только собирать «сходки» внутри «зон», но даже организовывать «съезды», где участвовали представители «воровского братства» из многих лагерей.

При этом следует учесть: как в первые годы «воровского движения», так и поныне решения «сходок», касающиеся изменения или дополнения «воровского закона», обязательны не только для «честных воров», но и для всего уголовно-арестантского мира. Решения «сходняков» доводятся до «сидельцев» посредством так называемых «воровских ксив», или «малёвок» («малявок», «маляв»), которые расходятся по всем местам лишения свободы на территории России (их называют также «воровскими прогонами»; это не следует путать с просторечным словом «прогон», то есть ложь, обман — в «воровском» значении «прогон» происходит от «прогонять», то есть передавать из одной точки в другую).

Разумеется, и сходы, и арестантские «записки» в определённой мере можно рассматривать как продолжение уголовных традиций дореволюционного преступного мира России. Однако есть существенные различия.

Первое. На воле в то время сходки собирались в пределах одного небольшого региона для решения проблем, касавшихся преступников, «работавших» на данной территории. Чаще всего это был крупный город: Петербург, Москва, Ростов, Одесса, Киев и проч. Об одной из таких сходок в питерской Александро-Невской лавре в 1917 году, собранной по инициативе грабителя Ваньки Банщика, мы уже рассказывали в очерке «Жиганы против уркаганов» (глава «Благородный преступный мир…»).

Что касается мест лишения свободы царской России (и России первого послереволюционного десятилетия), там в сходах часто участвовали все арестанты, а не только каста избранных (во всяком случае, это касается каторжан начала века). Соответственно принимались и решения (хотя, конечно, «иваны» имели немало возможностей повлиять на остальных «сидельцев»). «Записки» же касались не каких-то общих правил и «законов», а в основном рассказывали о «недостойном поведении» отдельных арестантов или о конкретных происшествиях в местах не столь отдалённых.

С появлением в 30-е годы касты «воров» «сходки» стали уделом избранных. Они же, эти избранные, получили право на установочные «ксивы», диктующие всем уголовникам и арестантам обязательные нормы поведения.

Интересно здесь особо отметить, что так называемые «воровские малявы» (или «ксивы», или «прогоны»), вопреки представлениям многих «исследователей» уголовного мира, никогда не пишутся на уголовном сленге. Содержание их излагается нормальным русским языком, понятным и доступным для каждого арестанта. Впрочем, и самой «блатной фени» как замкнутой, кастовой, тайной языковой системы — фактически не существует. Но об этом — чуть ниже.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Что такое воровской закон? Законы преступного мира :: SYL.ru

Преступный мир живет по собственным законам. Всем известно такое понятие, как «воры в законе», но что это может значить? Почему в законе оказались те, кто его нарушают?

Дело в том, что в уголовном мире существует собственная структурная иерархия. Воры живут по своим правилам. Это так называемый воровской закон, который обязан соблюдать каждый уважающий себя преступник. При этом прямых главарей у воров нет. Эти люди считают себя свободными. Они не подчиняются приказам, но четко соблюдают воровской закон. Это их кодекс жизни.

Первое появление

Исследователи считают, что воровской мир сформировался в начале тридцатых годов двадцатого века. Каждый пункт его закона пропитан «идейностью» уголовного сообщества. Воры в законе стали «генералами» преступного мира.

воровской закон

Некоторые считают, что это явление стало противовесом официальной власти, которая была в то время в лагерях и тюрьмах. Согласно иным источникам, власть сама искала способы контроля заключенных, особенно политических преступников.

Тем не менее, какой бы ни была истинная причина их появления, воры в законе были королями преступного мира СССР. И их наличие было выгодно всем.

Мишка Япончик

Самым первым из воров в законе был «благородный» бандит по имени Мишка Япончик. Он прошел Гражданскую войну, стал ее героем. Был он и советским полководцем. По политической статье его отправили на каторгу в 1908 году. Вышел он оттуда только в 1917 году благодаря амнистии Керенского. Вернулся Япончик со званием «воровской Иван».

Новое звание и почти десятилетний опыт на каторге позволили Япончику реализовать свои амбиции. Он создал первый воровской стрелковый полк из каторжников и головорезов. Вместе с ними он успел повоевать в дивизии Якира за Советскую власть.

После окончания Гражданской войны «красный» командир по имени Моисей Винницкий со своим специфичным законом оказался ненужным. Япончика расстреляли.

Тем не менее определенные люди запомнили его и спустя полтора десятка лет создали собственный воровской закон.

Основные понятия законов

Всего существует семь основных понятий, которых придерживается каждый уважающий себя вор.

воровские понятия и законы

  1. На первом месте всегда должна быть именно воровская идея. Преданность своему ремеслу у настоящего вора является непоколебимой.
  2. Связываться с правоохранительными органами нельзя ни в коем случае. Ни сотрудничать, ни помогать следствию – ничего. А если поймают с поличным, вор ни за что не выдаст ни имен, ни местоположения своих напарников.
  3. Быть честным с другими авторитетами (или ворами в законе). Один преступник по отношению к другому всегда максимально честен. Врать, уклоняться от правды у них не принято.
  4. Зато принято привлекать в преступное сообщество новых членов, предпочтительно молодых людей. Чем больше таковых вступит на дорожку преступности, тем лучше.
  5. Политическая деятельность для уважающего себя вора недопустима. Такие люди не занимаются государственными делами.
  6. Следить, чтобы в ИУ (исправительных учреждениях) и СИЗО (следственном изоляторе) был порядок, а реальная власть там была у воров.
  7. Уметь играть в карты. При этом также существует правило о святости карточного долга.

Дополнительные законы

Главных законов семь, но производных от них много. Воры не должны сотрудничать со структурами любой власти. Уважающий себя вор не будет давать показаний ни следственным, ни судебным органам. Такие люди также не будут давать чистосердечных показаний, не признаются в совершенном преступлении.

У вора нет собственности, как нет и своих сбережений, только воровской общак. Такие люди не заводят семью.

Вор, живущий по понятиям, периодически садится в тюрьму. И он не должен браться за оружие. Эти люди не работают – у них это не принято. Все, что им нужно, они крадут.

Воры в законе, находясь в местах лишения свободы, поддерживают в своих зонах порядок, следят за мирным урегулированием споров, разбирают возникающие конфликты, не допускают поножовщины и беспредела.

воры в законе

Такие люди очень чтут родителей, особенно матерей. Они не вступают ни в какие объединения и партии.

Как правило, воры, живущие по понятиям, не имеют не только собственного жилья, но и прописки. Они не регистрируются в государственных органах.

Воры в законе снабжают ШИЗО и ПКТ, которые находятся рядом. Они собирают с осужденных дань. Для таких людей важно разбираться в таком понятии, как воровской закон, и учить молодежь «правильной» жизни.

Мухлевать во время карточных игр среди своих нельзя. Воры всегда честны друг с другом, даже в вопросе карт. Воровской жаргон — это то, что требуется знать. И каждый такой преступник имеет собственного помощника. Его называют «шестеркой».

Воровской и тюремный законы

Законы воровского мира – это свод неписаных правил, норм поведения и уклад жизни, которые должны соблюдать все уважающие себя люди этой «профессии». Многие пункты этого закона распространяются и на других преступников, на все криминальное сообщество. Именно эта часть воровского закона и называется тюремной.

Она представляет собой свод правил, традиций и запретов, которые обязательны для всех осужденных лиц, вне зависимости от их «табели о рангах». Этот закон регулирует общение осужденных, их отношение друг к другу. Также по этим правилам разрешаются возникающие конфликты.

Тюремный закон

Согласно тюремному закону, каждый осужденный выделяет свою долю в общак. В тюрьмах к ворам в законе относятся уважительно. Они фактически управляют преступным сообществом, которое им подчиняется.

В тюрьмах принято почитать старших, особенно родителей. Поддерживают они и семейных людей.

Воровские понятия и законы в местах лишения свободы запрещают стукачество, нецензурную ругань, оскорбления и бездоказательные обвинения. Осужденные не имеют права отбирать у других преступников какие-то вещи, не должны воровать и «крысятничать».

Осужденные, согласно тюремному закону, не должны стать «красными», то есть вступить в какие-то секции.

по понятиям

Таков основной перечень правил. Он включает еще множество ритуалов, используемых в определенных ситуациях.

Несмотря на то что многие пункты этих правил совпадают, есть определенные моменты, которые предназначены не для обычных заключенных. Тюремный закон следует соблюдать всем осужденным для того, чтобы во время отбывания срока их жизнь не превратилась в сущий кошмар. Воровские понятия и законы соблюдают все те, кто мечтает получить статус «коронованного».

Авторитеты

Пусть у воров и нет главаря, но есть преступные авторитеты. С такими людьми считаются даже начальники тюрем, понимая, у кого именно находится фактическая власть над заключенными. Сидя в камере, авторитет влияет на осужденных, поддерживает в тюрьме относительный порядок. Действует он исключительно по понятиям воровских правил и следит за неукоснительным их соблюдением.

Авторитеты могут наказать тех осужденных, которые не подчиняются основным правилам. Они часто применяют силовые методы устрашения, подсылая определенных людей. Иногда неугодных могут и убить. Как правило, преступление в тюрьме совершается подставными лицами, а сами авторитеты остаются с «чистыми» руками.

воровской общак

У авторитетов есть возможность контролирования промышленной зоны своего исправительного учреждения. Они же налаживают связи с волей. Под неусыпным взором авторитетов на зону попадают и продукты питания, и спиртные напитки, а также сигареты, деньги, наркотики и тому подобное.

Все законы в местах лишения свободы поддерживаются определенными «блатными санкциями». Все зоны находятся под фактическим контролем авторитетов. Но никто и никогда не признается в том, что в зоне есть организованное преступное сообщество.

Санкции для воров в законе

Есть у этого типа людей и собственные меры наказания.

По понятиям, вор в законе, который безосновательно кого-то оскорбляет, может получить публичную пощечину. Оскорбление считается мелкой провинностью. Осуществить наказание позволительно только человеку того же «звания», то есть вору в законе.

Бывают случаи, когда такому человеку дают по ушам. Это наказание серьезнее. Оно означает, что человек оказывается в низшей категории своей иерархии. Он становится так называемым мужиком.

Самая серьезная мера наказания – смерть.

Если вор в законе проигнорировал основные правила кодекса, то он не сможет рассчитывать на снисхождение. Его будут преследовать, повсюду искать. Его ждет смерть.

Приговор выносится на воровской сходке. О решении становится известно всем арестантам. Каждый уважающий себя преступник должен привести приговор в исполнение, если встретит осужденного.

воровской жаргон

Санкции для преступников

Если осужденный, не являющийся вором в законе, нарушил основные правила, то в этом случае видов наказания больше, в зависимости от тяжести провинности:

  • Его могут избить.
  • Над ним могут надругаться. Таким образом, человек оказывается на низшей ступени иерархии.
  • Ему также могут дать по ушам, лишив статуса блатного и переведя в категорию мужика.
  • Такого человека могут изгнать из «семьи», то есть из данной микрогруппы.
  • Человеку, без оснований избившему другого, могут сломать руку или ногу.
  • Его объявляют фуфлыжником. Если рассматривать воровской жаргон, то это человек, проигравший в карты и вовремя не отдавший долг.
  • За грубейшие преступления заключенные караются смертью (если преступник «обчистил» воровской общак, являлся агентом правоохранительных органов и так далее). Данный приговор выносится либо вором в законе, либо местными авторитетами.

В заключение

Жизнь многогранна. Простые люди в основном придерживаются официальных законов, работают и вполне довольны жизнью. Но некоторые вступают на кривую дорожку преступности в поисках легких способов заработка. Так они оказываются в преступном сообществе, где действуют совершенно иные законы. Каким идти путем – каждый решает сам.

законы воровского мира

Вор в законе – это не простой преступник. В структурной иерархии уголовного мира это звание почитаемо. Такой человек свято чтит особые законы, следит за порядком и в какой-то мере обеспечивает спокойствие в местах лишения свободы.

www.syl.ru

Тюремные понятия и законы: советы бывалых

Мало кто знает, что существует четкое разграничение закона воровского и тюремного. Так, под первым понимается установленный в определенных кругах свод неписаных правил и норм поведения, который является обязательным для так называемых воров в законе. А что же такое тюремные понятия и законы?

Тюремный закон

Конечно, никому не пожелаешь на собственной шкуре прочувствовать, что это такое. Но если уже «дело сделано» и человек направляется по этапу, то есть в места лишения свободы, ему стоит выяснить, что же такое тюремные понятия и законы воровские.

Естественно, что четкого, где-либо прописанного термина не существует. Исходя из устоявшихся негласных правил, тюремный закон – это правила и традиции, обязательные для всех без исключения заключенных. Именно указанные нормы регулируют отношения среди лиц, отбывающих наказание.

Таким образом, тюремный закон – это лишь определенная часть закона воровского. Отличие их лишь в том, что первый – обязаны соблюдать абсолютно все осужденные и заключенные. А вот конкретные нормы воровского закона соблюдаются только «коронованными» ворами и заключенными, стремящимися получить указанный «статус».

Какой он, закон тюремный?

Тюремные понятия и законы, запреты строго соблюдаются «правильными» арестантами. По сути, смысл правил поведения в местах лишения свободы такой же, как и нормы жизни на свободе. Просто заключенные выражают это на своем, им более понятном, языке (или жаргоне).

Итак, основные тюремные понятия и законы заключенных сводятся к следующему:

— Выделять долю в общак, то есть уметь делиться, отдавать свое.

— С почтением относиться к старикам, родителям.

— Не стучать, то есть не доносить на других заключенных администрации колонии или тюрьмы.

— Не «крысятничать», то есть не воровать у своих.

— Не предъявлять обвинения без наличия на то оснований, доказательств.

— Не материться, не оскорблять без причины (удивительно, но в местах лишения свободы запрещено нецензурно выражаться).

— Отвечать за свои слова. Это означает, что нельзя просто пригрозить кому-то: если уж сказал, так нужно делать. Никаких изменений ситуаций, или «нечаянно» в местах лишения свободы не существует.

Все вышеперечисленные законы являются достаточно жизненными и человечными, а также легко применимыми (с некоторыми поправками) в повседневной жизни на свободе.

Есть и такие тюремные законы и понятия, правила, которые обычному человеку понять достаточно сложно. К примеру, нельзя вмешиваться. Так, если один заключенный решил покончить жизнь самоубийством, отговаривать его остальным осужденным нельзя. Если он просит лезвие (чтобы перерезать вены или горло) – его дадут.

Странным для законопослушного гражданина будет и то, что в тюрьме запрещается поднимать что-либо с пола. Даже если у заключенного на пол упала шапка, поднимать и тем более носить ее дальше уже нельзя.

«Преступление и наказание»

Несоблюдение норм тюремного закона не пройдет бесследно ни для одного из заключенных. При этом не имеет значения, относится ли арестант к тюремной «элите» или же входит в самую непочетную группу «сидельцев».

тюремные понятия и законы

За нарушение установленных правил провинившийся осужденный (тот, который «накосячил») может быть подвергнут:

— Избиению.

— Удару по ушам (дать по ушам – означает перевести заключенного из «касты блатных» в более низшую, то есть в категорию «мужиков»). Сделать это может только вор в законе или осужденный, имеющий такой же статус.

— Перелому конечностей – руки и ноги ломают, как правило, лицам, не вернувшим карточный долг (а он на зоне считается святым), а также тем, кто без каких-либо на то причин сам избил сокамерника.

— Насильственному акту мужеложства, после которого заключенный автоматически попадает в самую презираемую «касту опущенных»; данный вид наказания широко распространен в местах лишения свободы, где отбывают наказания несовершеннолетние преступники, а также на зонах общего режима. В тюрьмах строгого и особого режима данные случаи встречаются крайне редко.

— Символическому акту мужеложства (на зоне это выражение заменяется понятием «парафин» и заключается в проведении половым органом по губам провинившегося). Сам половой акт при этом не происходит, однако осужденный также переводится в категорию «петухов».

— Убийству (данный вид наказания применяется достаточно редко и только за совершение особо серьезных поступков). К примеру, убить заключенного могут за крупное воровство из общака или за доказанную связь с правоохранительными органами. При этом решение об убийстве никогда не принимается единолично кем-то из арестантов.

Виды тюремных понятий

Понятия – это правила, своего рода кодекс чести. Условно все существующие тюремные понятия и законы подразделяются на две большие группы:

— положительные, то есть те, которые, по мнению заключенных, являются правильными и приемлемыми для них самих;

— отрицательные – те, которыми руководствуются низшие категории «зеков» (они по этой причине и попадают в касты «петухов», «козлов» и прочие).

Положительные понятия, в свою очередь, делятся на людские и воровские. А отрицательные – на «гадские» и ментовские (полная противоположность воровским).

Понятия – фундамент взаимоотношений?

Именно на понятиях выстраиваются отношения лиц, отбывающих наказание. В основе их общения лежат понятия людские. Именно их придерживаются так называемые порядочные арестанты, а также иные «касты» заключенных, речь о которых пойдет ниже.

тюремные понятия и законы заключенных

Есть и те, кто следует гадским понятиям, являющимся абсолютной противоположностью людским. Обычно это «крысы», «курицы» и «беспредельщики» — то есть заключенные, совершившие достаточно значимый для заключенных проступок. Это может быть кража чего-либо у своего же сокамерника, донос на другого заключенного сотрудникам тюрьмы или колонии, а также безосновательное избиение арестанта.

Колонии и тюрьмы – это места лишения свободы, в которых не прощаются ошибки. В связи с этим заключенный, нарушивший нормы «людского» сосуществования, лишается возможности искупить свою вину. Такой арестант на протяжении всего срока заключения, скорее всего, будет подвергаться унижениям и издевательствам со стороны сокамерников.

тюремные понятия и законы правила

Таким образом, тюремные понятия и законы, правила поведения являются платформой, на которой строятся взаимоотношения между заключенными. При этом людские понятия, по смыслу, направлены на самопожертвование, стремление к взаимопомощи, сочувствие, человечность и взаимопонимание. Тогда как гадские являются полной противоположностью и основываются на желании удовлетворить только свои потребности и интересы, поставить себя выше остальных.

Основные понятия

Многие тюремные понятия и законы уже плавно вошли в жизнь на воле. В современном обществе довольно часто можно услышать такие термины, как «косяк», «западло», «параша», «предъявить», «душняк», «рулить», «фуфлыжник» и многие другие. Причем не всегда лица, использующие в своем лексиконе тюремный жаргон, знают правильное значение понятий.

Так, не все знают, что термин «душняк» означает создание невыносимых для нормального существования условий. А «косяк» – это непросто случайная оплошность, а серьезное нарушение тюремного закона.

Вообще, практически все часто употребляемые в обычной жизни слова на зоне обозначаются «своими» терминами. Например, уличный разбой – это «гоп-стоп», убийство – «мокрое дело», язык – «метла», особо опасный рецидивист – «особняк», тюремный коридор – «продол», выяснение отношений – «разборка», сбежать или скрываться – «сесть на колеса» и другие.

тюремные понятия и законы ясности

Без знания тюремной терминологии заключенному практически невозможно существовать в местах лишения свободы. Поэтому если осужденный не хочет иметь лишних проблем – он, как правило, еще находясь в следственном изоляторе, начинает постигать «блатной язык». Ведь без знания специфической тюремной терминологии нельзя понять, к примеру, выражение: «Смотрящий с мандатом предъявляет авторитетным блатным». В «переводе» на простой язык оно означает, что «главный на зоне передает важную информацию, содержащуюся в записке, почитаемой и уважаемой на зоне группе заключенных».

Таким образом, тюремные понятия и законы воровские (а точнее, тюремные) являются обязательными знаниями, которые заключенный приобретает, еще находясь в местах предварительного заключения (СИЗО).

Однако осужденному необходимо знать не только тюремные понятия и законы, правила поведения, но и так называемые касты, то есть категории заключенных (в одну из которых сам осужденный обязательно будет входить).

Тюремные «касты»

Не бывает арестантов, которые не входили бы ни в одну из категорий заключенных. Все лица, содержащиеся в местах лишения свободы, условно подразделяются по группам или, как говорят сами заключенные, «кастам». Переход из привилегированной категории в более низшую категорию возможен (например, в связи с совершением какого-либо поступка, который тюремные понятия и законы, поведение зеков относит к «косяку»). А вот переход из низшей в высшую – исключен.

тюремные понятия и правила поведения

Итак, существует четыре основных тюремных «касты»:

  • блатные;
  • мужики;
  • козлы;
  • отверженные.

Первая «каста» — блатные. Это так называемые профессиональные преступники со стажем. Сами представители этой группы себя блатными не называют, а употребляют такие понятия, как «братва», «арестанты», «бродяги», «путевые».

Указанная группа является верхушкой иерархии, попасть в которую может далеко не каждый. Существуют строгие требования к заключенным, входящим в данную «касту». Так, «бродягой» никогда не станет тот, кто на воле занимал руководящие должности, имел какое-либо отношение к структурам власти, служил в армии. Не попадут в «касту» и те, кто работал в сфере обслуживания (к примеру, официантом, доставщиком, таксистом).

Несколько десятилетий назад «блатные», находясь на свободе, вообще не должны были работать ни дня. Также им запрещалось жениться, выполнять обязательные работы на зоне. Сейчас эти требования в большинстве тюрем не применяется.

Помимо «чистой» биографии и статуса профессионального преступника, заключенный, желающий попасть в эту «касту», должен соблюдать абсолютно все тюремные понятия и законы, традиции.

тюремные понятия и законы обязанности

Блатные обладают на зоне и в тюрьме (или как говорят сами заключенные, «на тюрьме») огромной властью. Именно они решают все конфликтные ситуации и споры, возникающие между заключенными, следят за тем, чтобы никто из осужденных не был безосновательно обижен или унижен.

Имеют представители этой группы и особые привилегии. Так, они могут не работать и самостоятельно принимать решение о том, что из так называемого общака можно оставить себе.

Именно из этой «касты» выбирается «пахан» — главный на зоне. При этом если в тюрьме есть признанный «вор в законе», то указанную «должность» обязательно занимает он. К слову, «воры в законе» — это привилегированная, высшая группа заключенных. В нее входят лишь признанные преступным миром нарушители закона, соответствующие всем вышеперечисленным требованиям.

Если же на зоне нет «вора в законе», то туда направляется лицо, исполняющее его обязанности, то есть «смотрящий». Он выполняет все функции «пахана».

В настоящее время в некоторых местах лишения свободы так называемые паханы негласно сотрудничают с администрацией колонии: они наводят на зоне такой порядок, какой необходим руководству. Начальство колонии за такое вот сотрудничество на многое закрывает глаза: к примеру, на то, что к «пахану» попадает водка, анаша и прочее.

Стоит отметить, что развитие рыночных отношений в стране не обошло и места лишения свободы. С недавних пор «вором в законе» можно стать за деньги, то есть купить это звание. И, несмотря на то, что тюремные понятия и законы ясности никак не стыкуются с этим фактом, исключать его все же невозможно. Таких вот новоиспеченных и не очень идейных воров в законе называют «апельсинами».

Кого на зоне больше?

Каста «мужики» — самая большая, и в нее, как правило, входит около 60-70 процентов всех заключенных. В указанную группу входят самые обычные заключенные, которые отбывают наказание за незначительные (по меркам преступников) наказания: драки, небольшие кражи и другие аналогичные деяния.

«Мужики» правом голоса на «разборках» не обладают, никакие решения на зоне не принимают, словом, просто отбывают свой срок, стараясь никуда не вмешиваться, и после освобождения планируют вернуться к жизни обычного законопослушного гражданина.

Кто такие «козлы»?

Следующая каста — «козлы». В нее входят заключенные, которые по своей воле либо по принуждению сотрудничают с администрацией лагеря. Они могут занимать должность библиотекаря, завхоза, коменданта зоны, то есть любую должность, которая фактически имеется в штате исправительного учреждения.

Попадают в эту группу лица, отбывающие наказание как по собственной инициативе (например, чтобы в личном деле администрация написала, что осужденный встал на путь исправления) или по воле администрации колонии. Так, заключенного могут уговорить, запугать либо заставить работать на благо администрации тюрьмы.

Отказаться от указанной работы бывает крайне сложно, поэтому многим заключенным остается только смириться со своей участью и выполнять указания начальства колонии.

тюремные понятия и законы книга

Остальные осужденные к представителям данной «касты» относятся отрицательно: их считают определенными «предателями». И это неслучайно, ведь многие «козлы» сообщают администрации тюрьмы обо всем, что происходит среди заключенных, то есть, говоря их языком, «стучат».

«Козлов» не допускают до «общака», но при этом остальным лицам, отбывающим наказание, можно с ними здороваться, разговаривать, прикасаться к ним.

Самое ужасное

Последней и по счету, и по статусу является каста «опущенных». Лиц, в нее входящих, еще называют «петухами», «обиженными» и прочими аналогичными терминами. Попадают в данную группу те заключенные, которые были «опущены» (при этом совсем не обязательно должен произойти акт мужеложства; процесс этот может быть выполнен и чисто символически).

Тюремные понятия и законы не для этой категории осужденных. Их на зоне вообще не считают за людей. Так, к ним запрещено прикасаться (если какой-то предмет нужно передать «опущенному» — его просто кидают на пол, чтобы заключенный его поднял), они пользуются отдельной посудой, им нельзя трогать вещи других осужденных. В общем, они живут обособленной группой, не имеющей никаких прав.

Статистика показывает, что больше всего заключенных попадает в указанную группу на зонах, предназначенных для малолетних заключенных. Там главенствуют свои тюремные понятия и законы, обязаности, и порой даже более суровые, чем в настоящих тюрьмах и «взрослых» лагерях.

Эпилог

В местах лишения свободы жизнь не останавливается. Она продолжает течь… Просто имеются определенные тюремные понятия и законы. Книга, которая содержала бы в себе все нормы поведения заключенных, до настоящего времени не написана. И вряд ли такая вообще когда-нибудь появится.

Несмотря на множество нюансов и поправок, лагерная жизнь все же строится на общепризнанных принципах: не укради, не доноси, не ври, не преступай установленные нормы и порядок общения между заключенными.

Тюремные понятия и законы, советы бывалых арестантов – то, что помогает осужденному адаптироваться в тюрьмах и лагерях. Следуя установленным нормам поведения и общения, «сиделец» сможет обзавестись на зоне «крепким тылом», «корешами» и находится в относительной безопасности.

Также выполняя все «предписания», лицо (если у него, конечно, есть такое желание), сможет добиться определенных «высот» в лагерной жизни и даже войти в категорию привилегированных арестантов.

Уважая тюремные понятия и законы, советы «авторитетных» заключенных, осужденный, попавший в места лишения свободы, скорее всего, сможет найти общий язык с «братьями по несчастью» и не станет изгоем. И как бы странно это ни звучало, «преступники — тоже люди», большая часть из которых придерживается правила: «в любой ситуации нужно оставаться человеком».

fb.ru

Наказания для преступивших воровской закон

Жизнь по воровским понятиям полна ограничений и обязанностей. И все воры в законе знают, что нарушать кодекс воровской чести запрещено.

Не могут его нарушать и члены преступных группировок, сидящие за решёткой или разгуливающие на воле. Судьба таких отступников решается на воровском суде.

Фактрум узнал, что делают с теми, кто совершил преступление против воровского закона.

Воровской закон

В чём заключается воровской кодекс?

Воровской закон включает в себя нормы и правила поведения в обществе воров. Следовать ему должны все преступники, особенно воры в законе — криминальные авторитеты. Они же следят за выполнением воровского кодекса на своей территории — подконтрольной области или на зоне.

Воровские понятия для преступников на воле предельно просты. «Правильный» вор не должен сотрудничать с полицией и давать показания в суде против своих, не должен закладывать своих и мстить им исподтишка, а также жульничать в карточных играх. Также чтящие воровские законы не должны насиловать девушек и обязаны чтить своих родителей.

Для зеков есть свои тюремные понятия. Сидящие должны вкладывать деньги в общак и не должны воровать у своих. Они обязаны чтить родителей и старших, особенно тех, кто выше их в иерархии. Нельзя доносить на сокамерников и подельников и отнимать вещь или жизнь без веской причины. Нельзя и предъявлять обвинение другому заключённому, если нет доказательств.

Как выносят приговор на воровском суде?

Во-первых, для обсуждения преступления собирается воровская сходка. Часто она проходит под видом какого-либо праздника. Назначает дату и время сходки община — несколько самых уважаемых воров. С подозреваемого в невыполнении, отступлении или нарушении воровского кодекса «спрашивают» — зачитывают обвинение. При этом обвинитель должен находиться рядом, чтобы самому ответить за свои слова или действия. Если обвиняемый сумеет доказать, что он не совершал «преступления», то обвинителю приходится несладко. Воровской суд в таком случае назначает лжецу наказание.

Наказания, которым подвергаются нарушившие воровской кодекс

Самым лёгким наказанием считается публичная пощёчина. Дать сдачи или уклониться от удара осуждённый ворами не может. Это грубое нарушение воровского закона. Хоть наказание и не слишком страшное, но его последствия довольно печальны. «Битого» вора перестают уважать на зоне. Одним из наименее строгих наказаний считается денежный штраф. Эта блатная санкция применяется к тем, кто подставился, сорвал сделку или опоздал на воровскую сходку. Суммы бывают просто заоблачные, некоторые штрафы исчисляются миллионами долларов.

За «западло» или обман старших воров невысокого ранга карают сильнее. Такая процедура наказания называется «дать по ушам», то есть лишить занимаемого статуса и перевести в категорию «мужиков». Нарушителя закона также могут изгнать из группы и лишить его поддержки в делах. Намного сильнее наказывают карточных должников. Им запросто могут сломать ногу или руку.

Но вместе с тем «дать по ушам» могут и по другому поводу. Если вор в законе хочет уйти на покой и стать «вором в короне», то братва проводит процедуру разжалования. В ходе неё вор в законе становится коронованным вором.

Хуже всего приходится тем, кто пошёл на сговор с властями или похитил деньги из общака. На самые крайние меры идут и с теми, кто «порешил» другого вора в законе без разрешения сходки. Расправляюся и с теми, кто вышел из своего клана или решил завязать с преступностью. К таким нарушителям применяется смертная казнь. Если вина доказана, отступник должен взять пистолет и застрелиться. Либо сходка может нанять киллера. В некоторых делах всё обставляют как несчастный случай. Тогда провинившийся вор в законе «случайно» натыкается на какой-нибудь штырь или захлёбывается в душе.

Читайте также: По какому принципу в российских тюрьмах дают клички

www.factroom.ru

Толковище — это… Что такое Толковище?

  • толковище — встреча, сходбище, разборка, стрелка, собрание, выяснение отношений, разговор Словарь русских синонимов. толковище см. собрание Словарь синонимов русского языка. Практический справочник. М.: Русский язык. З. Е. Александрова …   Словарь синонимов

  • толковище — ТОЛКОВИЩЕ, а, с. 1. То же, что толчок, 1. 2. Разговор, выяснение отношений. 2. ср. уг. «толковище» собрание в зоне, самосуд; здесь Возм. наложение общеупотр. «толковать» и «толкать» …   Словарь русского арго

  • толковище — воровской самосуд …   Воровской жаргон

  • собрание — Собор, сходка, сходбище, скопление, стечение, скопище, съезд, свидание, наплыв, конгресс, конференция, митинг, консилиум; совокупность, сумма. Ср. . .. См. общество, соединение …   Словарь синонимов

  • встреча — См …   Словарь синонимов

  • выяснение отношений — конфликт, разборка, спор, толковище, разборки, выясняловка Словарь русских синонимов. выяснение отношений разборка (разг.) Словарь синонимов русского языка. Практический справочник. М.: Русский язык. З. Е. Александрова. 2011 …   Словарь синонимов

  • разборка — демонтаж, расформирование; разборки, толковище, рассмотрение, драка, интрига, разбор, стрелка, расположение, разбирание, распределение, рассортировка, выяснение отношений, рассортировывание, ссора, разъединение, встреча, размонтировка,… …   Словарь синонимов

  • разговор — Беседа, диалог, совещание. Поди ка на пару слов. Я было хотела ему тоже словца два сказать, да, признаюсь, оробела . Гог. Щебетанья пошли своим чередом . Л. Толст. Ср …   Словарь синонимов

  • стрелка — курсор, указатель, движок; индикатор, знак, разборка, толковище, стрелочка, рандеву, рог, встреча, выступ, свидание, стебель, стрела, коса, пластинка Словарь русских синонимов. стрелка сущ., кол во синонимов: 22 • встреча (50) …   Словарь синонимов

  • сходбище — См …   Словарь синонимов

  • fenya.academic.ru

    «Блатные» становятся «тридцатипятниками». Великие битвы уголовного мира. История профессиональной преступности Советской России. Книга первая (1917-1940 г.г.)

    «Блатные» становятся «тридцатипятниками»

    Рост преступности, упадок сельского хозяйства, развал промышленности — вот три основные характеристики, точно определяющие обстановку в Советском Союзе начала 30-х годов. О методах «возрождения села» сталинским руководством мы уже рассказывали. Пришло время поговорить о путях возрождения экономики и о том, как это отразилось на уголовном мире.

    Как уже упоминалось выше (в главе о Васисуалии Лоханкине), Сталин поставил перед советской индустрией задачу — догнать развитые страны Запада в течение десяти лет. В мае 1929 года Пятый съезд Советов утверждает «оптимальный вариант» первого пятилетнего плана развития страны. Несмотря на заложенные в него гигантские темпы роста экономики, план этот ещё раз был пересмотрен в сторону увеличения в начале 1930 года. Например, если в первом варианте планировалось добыть к концу пятилетки 75 млн. тонн угля, то новый вариант требовал уже 150 млн. тонн; вместо 55 тысяч тракторов теперь планировалось произвести 450 тысяч — и тому подобное.

    Все цифры брались «с потолка» и не соответствовали реальным возможностям производства, что, разумеется, очень скоро сказалось на выполнении плана. Строительство сотен объектов было начато, но не завершено из-за дефицита сырья, топлива, оборудования, рабочей силы. В «незавершёнке» к концу 1930 года было заморожено 40 процентов промышленных капиталовложений. Пошла цепная реакция невыполнения планов, лихорадки производства, срыва темпов… Естественно, начался поиск «вредителей» (о нём мы уже рассказывали в главе, посвящённой травле интеллигенции). Стали спешно подготавливаться и выдвигаться кадры новых специалистов из числа наиболее опытных рабочих. С 1928 по 1932 год число мест на рабфаках увеличилось с 50 до 285 тысяч. К концу первой пятилетки такие выдвиженцы составили до 50 процентов руководящих кадров промышленности.

    Заводы и фабрики потеряли, таким образом, наиболее опытных рабочих. На их место стали приходить зачастую беглые крестьяне, не имевшие квалификации и находившиеся нередко на нелегальном положении. Многие из них кочевали по стране со стройки на стройку и с предприятия на предприятие. Предприятия напоминали таборы кочевников, увеличивались случаи поломок техники, производственного травматизма, росли алкоголизм и преступность…

    В конце концов Великий Вождь понял, что он со товарищи маленько погорячился. В марте 1931 года он приостановил выдвижение рабочих, призвал прекратить травлю старых специалистов и даже посоветовал «заботиться» о них, осудил уравниловку. Была введена сдельная система оплаты труда, поощрявшая рабочих трудиться быстрее и качественнее. В октябре 1932 года вводится паспортная система, ставшая преградой на пути рабочих-«кочевников» и одновременно прикрепившая крестьян к земле (как мы уже знаем, им паспорта на руки не выдавались и запрещалось покидать колхозы). 40 тысяч выдвиженцев были возвращены на рабочие места.

    Положение на производстве стало мало-помалу стабилизироваться. Однако индустриальный размах требовал и привлечения огромного количества рабочей силы. Мало того что в течение первых двух лет безработица была ликвидирована полностью: к концу пятилетки количество рабочих в промышленности и строительстве увеличилось с 3,7 млн. до 8,5 млн. человек. И всё равно людей не хватало!

    Мало того: с этими рабочими не так-то просто было выдержать темпы индустриализации! К сожалению, показатели роста достигались только за счёт увеличения интенсивности труда, то есть напряжения сил самого работника (производительность труда, которую планировалось к концу пятилетки увеличить более чем вдвое, на самом деле снизилась на 8 процентов). То есть достичь небывалого роста производства планировалось прежде всего (если не исключительно) за счёт выжимания из человека последних соков.

    Но с «вольным» человеком такой социальный эксперимент проводить трудновато. «Вольный» человек, да к тому же работающий на «сдельщине», во-первых, дороговат. И чем больше нормы он даёт, тем дороже стоит. Во-вторых, выжимать его можно только до строго определённого предела. Свобода и заработок, знаете ли, развращают. А если добавить сюда ещё и семью, которая требует заботы и внимания, то такой работник всё менее подходит для достижения великих целей. Чтобы успешно проводить политику индустриализации, Сталину нужны были не люди, а человеческий материал. Ведь за пять лет одних только новых заводов нужно было построить более двух тысяч! А плотины, гидроэлектростанции, каналы и прочее?! Нет, нужен был новый подход, новые, смелые решения!

    И, конечно же, сталинский гений такое решение нашёл.

    Впрочем, у вождя были достойные советники. Так сказать, коллективный мозг партии. Именно этот мозг и додумался в 1929 году до простого решения проблемы. Ну конечно же, глупо и смешно не использовать в великом деле индустриализации пролетарского государства подневольный труд огромной армии арестантов! А ведь какой огромный потенциал у этой рабской армии! К 1929 году производительным трудом было занято всего от 34 до 41 процента арестантов (так, во всяком случае, утверждала позже официальная статистика — сборник «От тюрем к воспитательным учреждениям», 1934 г.). Между тем на 1 мая 1930 года в системе НКВД отбывал наказание 1 миллион 712 тысяч 512 заключённых. Сюда же следует добавить около 100 тысяч в лагерях особого назначения ОГПУ. Почти два миллиона рабочих рук!

    И вот уже 17 марта 1930 года с программной статьёй в газете «Правда» выступает прокурор РСФСР Николай Васильевич Крыленко. С удовлетворением отмечая, что «на основании резолюции СНК РСФСР 29 мая 1929 г. сейчас не практикуется уже лишение свободы на срок меньше года» (другими словами, созданы предпосылки для стабильного пополнения трудовой армии «сидельцев»), Крыленко вместе с тем требует идти значительно дальше:

    Предложено в максимальной степени развить систему принудительных работ. Проведён ряд мероприятий по использованию труда лиц, осуждённых на срок свыше трёх лет, на общественно-необходимых работах в специальных лагерях в отдалённых местностях. («О некоторых «теориях» в области уголовного права и уголовной политики»).

    ПРИНУДИТЕЛЬНЫЕ РАБОТЫ — вот, оказывается, путь к развитию советской экономики! Тактичный Николай Васильевич подобрал изящный эвфемизм. На самом деле речь шла о РАБСКОМ ТРУДЕ. Видимо, руководство страны творчески осмыслило опыт исторического прошлого человечества. Действительно, все чудеса света, все самые знаменитые творения древности, поражающие нас своим величием, построены на костях рабов. Египетские пирамиды, сады Семирамиды, гробница Мавзола, Тадж-Махал — да разве перечислишь! Конечно, дилетанты утверждают, что рабский труд непроизводителен. Какая чушь! Зачем нужна эта дурацкая производительность? Вполне достаточно интенсивности труда! Производительность необходима там, где нужно беречь рабочую силу. А какой смысл беречь раба? Пусть дохнет — наберём новых!

    И действительно, мудрое сталинское руководство предпринимает целый ряд шагов по увеличению количества заключённых, которые нужны ей для решения великих задач.

    Прежде всего, именно в 1930-м году происходит одно из самых значительных событий в советской лагерной истории: возникает печально знаменитый ГУЛАГ — Главное управление лагерей ОГПУ СССР. Казалось бы, какая разница — смена названий? Но это — как посмотреть… Ведь в результате «концентрационные лагеря ОГПУ СССР» были переименованы в «исправительно-трудовые»! Другими словами, создана идейная база для всемерного развития лагерного рабства — теория «исправления трудом». Конечно, формально ГУЛАГ вроде бы был призван обслуживать только лагеря ОГПУ (Соловецкий лагерь, а также группу лагерей особого назначения с центром в Усть-Сысольске — нынешний Сыктывкар). Однако в условиях «великого скачка», когда именно на чекистов были возложены задачи руководства гигантскими стройками коммунизма (первоначально — именно «коммунизма», поскольку на строительство социализма Вождь размениваться не желал), на деле это означало фактическое подчинение ОГПУ также лагерей НКВД и НКЮ (народного комиссариата юстиции). Это был ещё не тот Архипелаг ГУЛАГ, которому посвятил своё многотомное исследование Александр Солженицын (тот появился позже, в 1934 году), — но важный шаг был сделан. Действительно, если чекистам требовалось пополнение лагерников на «великие стройки» (где люди вымирали сотнями тысяч), они вольны были брать его из любых мест лишения свободы, в чьём бы подчинении те ни находились.

    Ещё одним решительным шагом было ужесточение практики назначения наказаний. Дело в том, что уголовный кодекс 1926 года был построен по классовому признаку и вследствие этого достаточно либерален по отношению к «классово близким» и «социально близким» элементам. То есть жёсткость наказания и его длительность определялись социальным происхождением преступника.

    Начальник лагерей ОГПУ Матвей Берман.

    В условиях, когда «социально близкими» Советской власти объявлялись профессиональные уголовники, а соответственно этому им отмерялись незначительные сроки наказания, такое положение вещей не могло не поощрять рост уголовной преступности. В середине 20-х годов власть легко мирилась с этим. Как мы уже показали в очерке «Жиганы против уркаганов», в тот период для руководства страны важно было расколоть уголовное сообщество и уничтожить криминальную оппозицию из числа «бывших» — представителей дореволюционных имущих классов и офицерства. В первую очередь именно поэтому оно заигрывало с «уркаганами».

    Однако изменение обстановки в стране, новые цели, которые провозгласило сталинское руководство, — всё это требовало и нового подхода к отношениям с уголовщиной. Преступность росла быстрыми темпами, страна могла попросту в ней захлебнуться. И руководство находит блестящее решение: да ведь можно же одним ударом убить двух зайцев! Пускай эти самые «блатари» вместе с другими (то есть с «кулаками», «контриками», «вредителями», «фраерами») тоже вносят свой вклад в строительство светлого будущего! С одной стороны, очистим города и веси от шпаны, с другой — пополним трудовую армию заключённых. Наконец, с третьей — перевоспитаем трудом! (Получается даже не два, а три зайца…). Надо изолировать их на лагерные стройки народного хозяйства — но не на полгода или на год, а подольше, без учёта «социальной близости»!

    Нет, «социальная близость» не то чтобы совсем отрицается (она ещё пригодится в будущем). Но пусть «блатари» проявляют её не на свободе, а в лагерях — там больше простора и возможностей…

    Для того, чтобы подвести «научную базу» под увеличение сроков профессиональным преступникам, приходится опять-таки подключать светлые головы. Одновременно разоблачая вредные буржуазные теории. Тот же прокурор Крыленко в уже цитированной статье искренне возмущается:

    Оставлен в неприкосновенности основной принцип, обязующий суды по-прежнему «отвешивать» лишение свободы на основании «тяжести содеянного и степени опасности» преступления, т. е. оставлен в неприкосновенности принцип, который ещё в 1924 году был охарактеризован одним из лучших теоретиков-марксистов тов. Пашуканисом как «нелепая по существу идея, будто тяжесть каждого преступления может быть взвешена на каких-то весах и выражена в месяцах или годах тюремного заключения». («Общая теория права и марксизм», стр. 126).

    В то же время практическая нелепость идеи о том, что побороть преступность и «злую волю» преступника можно, «отвешивая» одному два года, а другому 4 года лишения свободы, и бесцельность споров в кассационных инстанциях: нужно ли «дать» 2 года или 2,5 — была доказана самой жизнью.

    Этой идее «справедливого воздаяния», возмездия мы противопоставили обязанность суда искать в каждом конкретном случае борьбы с преступностью наиболее целесообразные мероприятия в целях… обезвреживания нашего общественного коллектива от повторных преступных действий со стороны данного преступника, исходя не из «тяжести» преступления, а прежде всего из характера личности преступника (выделено мною. — А.С.).

    Полемика о нелепости «справедливого воздаяния» и обжалования сроков наказания в кассационных инстанциях, в общем-то, касалась в первую очередь именно уголовников и некоторым образом «бытовиков» («контрреволюционеры» не получали таких смешных сроков, как два или даже четыре года: им «отвешивали» обычно по «червонцу», т. е. по десять лет). Собственно, прокурор предлагал ни много ни мало как полный беспредел в отправлении судопроизводства и абсолютную беззащитность гражданина перед лицом государства и его чиновников. Каждый получит столько, сколько ему захочет дать судья — исходя из «характера личности» (или по другим причинам — например, исходя из того, сколько «человеческого материала» и на какой срок необходимо лагерям для успешного выполнения плана). Понятно, что такая чудесная идея была воплощена в жизнь почти мгновенно.

    При этом никто не собирался пересматривать уголовный кодекс из-за какой-то там «блатной шпаны». Более того: никто даже не собирался ожидать, пока эта шпана совершит преступление! То есть совершил — хорошо. Не успел — тоже неплохо. Всё равно отправляйся в лагеря.

    Для того чтобы, говоря словами известного баснописца, «делу дать законный вид и толк», была изобретена гениальная статья 35 уголовного кодекса, вступившая в действие 20 мая 1930 года (см. вставку).

    Первое, что бросается в глаза: 35-я статья законодательно закрепляла за управлением лагерей право направлять заключённого туда, куда понадобится — то есть на любую «великую стройку». Но не это главное. В конце концов, это можно было делать и без особой статьи. Основная её прелесть была совершенно в другом — в сроках наказания! Теперь любой «уркаган», независимо от того, что он натворил, легко мог схлопотать от трёх до десяти лет лишения свободы! Причём даже получив «трёшку», уголовник после отбытия срока фактически прикреплялся к лагерному производству ещё до пяти лет!

    Статья 35. Удаление из пределов РСФСР или из пределов отдельной местности с обязательным поселением или запрещением проживать в других местностях или без этих ограничений, в соединении с исправительно-трудовыми работами или без исправительно-трудовых работ, может применяться судом в отношении тех осуждённых, оставление которых в данной местности признаётся судом общественно опасным.

    Удаление из пределов СССР или из пределов отдельной местности, с обязательным поселением в других местностях, назначается на срок от трёх до десяти лет; эта мера в качестве дополнительной может применяться лишь на срок до пяти лет. Удаление из пределов РСФСР или из пределов отдельной местности с обязательным поселением в других местностях в соединении с исправительно-трудовыми работами может применяться только в качестве основной меры социальной защиты. Удаление из пределов РСФСР или из пределов отдельной местности с запрещением проживать в тех или иных местностях или без этого ограничения назначается на срок от одного года до пяти лет…

    Те из присуждённых к удалению из пределов отдельной местности с обязательным поселением в других местностях, которые отбывают лишение свободы в исправительно-трудовых лагерях, по отбытии срока лишения свободы поселяются в районе лагеря на срок, до истечения которого они лишены права свободного выбора места жительства. Они должны быть наделены землёй или им должна быть предоставлена оплачиваемая работа.

    (Уголовный кодекс в редакции 1926 года)

    Но и это не всё. 35-я статья практически никогда не применялась сама по себе; а только вкупе со статьёй 7-й (или, как говорят в уголовном мире, «через 7-ю»), Уже значительно позже дочь Артёма Весёлого Заяра, осуждённая по статье 7-35, вспоминала:

    7 и 35 никогда не разделялись в речи и даже в официальных бумагах писались через дефис; я полагала, что это — 35-й пункт 7-й статьи (по аналогии с 58–10). Между тем это статьи из двух разделов Уголовного кодекса: в 7-й говорилось о категории лиц, в отношении которых «применяются меры социальной защиты», а в 35-й — об этих мерах. («7-35»).

    Статья 7. В отношении лиц, совершивших общественно опасные действия или представляющих опасность по своей связи с преступной средой или по своей прошлой деятельности, применяются меры социальной защиты судебно-исправительного, медицинского либо медико-педагогического характера.

    (Уголовный кодекс в редакции 1926 года)

    Как легко понять из содержания 7-й статьи, чтобы оказаться в лагерях, вовсе не было никакой необходимости действительно совершать преступление. Достаточно, например, «представлять опасность по своей прошлой деятельности». То есть любому ранее судимому или даже не судимому, а только подозревавшемуся в преступлении (в «связях с преступной средой»), можно было на совершенно законном основании назначить срок наказания от трёх до десяти лет. Забегая вперёд, скажем, что позже, когда маховик репрессий был раскручен и набрал ещё более устрашающие обороты, формулировка «7-35» стала применяться широко и творчески не только к «блатным» и «полуцвету» (то есть воровским приспешникам) и даже не только к «бытовикам», но и к совершенно ни в чём не виновным людям! Прежде всего — к родственникам так называемых «врагов народа». Та же Заяра Весёлая была осуждена по 35-й через 7-ю как СОЭ («социально опасный элемент») только за то, что была дочерью осуждённого писателя Артёма Весёлого. То есть как «представляющая опасность по своей связи с преступной средой»…

    Но это — позже. А пока «тридцатипятники» (как называли осуждённых по 35-й статье) подбирались в основном из уголовничков, из представителей «благородного воровского мира». И пошло «блатное» пополнение на великие советские стройки.

    Поделитесь на страничке

    Следующая глава >

    history.wikireading.ru

    «Социально близкие». Великие битвы уголовного мира. История профессиональной преступности Советской России. Книга первая (1917-1940 г.г.)

    «Социально близкие»

    Мы уже упоминали, что часть профессиональных уголовников попала в особую милость у новой власти. Были среди них и убийцы, и насильники, и грабители… Конечно, мгновенно всплывают в памяти фамилии легендарных Котовского и Камо (Тер-Петросяна). Но вокруг имён этих известных разбойников хотя бы создан романтический ореол, они действительно были личностями выдающимися, неординарными. Однако чаще всего жизнь подсовывала персонажи менее симпатичные.

    Подобного рода деятели нередко пробивались и на командные должности в Красной Армии. Но особенно много так называемого преступного элемента было среди рядового состава. Диву даёшься, когда знакомишься с обитателями мест заключения начала 20-х годов. Огромное количество убийц, грабителей, воров с оружием в руках во время гражданской войны защищало Республику Советов:

    «Выйдя на свободу, С. поступает в один из лихих партизанских отрядов Сибири, действовавших тогда против Колчака. Провоевав несколько лет, был демобилизован… Возвращается к своей преступной карьере, но уже в гораздо большем масштабе. С. объединяет вокруг себя других, более слабых, но также ищущих лёгкой наживы и беспечной жизни людей. Этот преступник совершил множество ограблений и краж, сопровождавшихся убийствами и изнасилованиями.

    Другой арестант в 1917-м году поступает добровольцем в Красную Армию и едет сражаться на восточный фронт. После демобилизации сближается с преступным миром, совершает ряд разбоев и убийств.

    Легенда уголовного мира тех лет, убийца Петров-Комаров, в течение двух лет убивший 29 человек с корыстными целями, в 1917-м году вступил добровольцем в Красную Гвардию, здесь он научился грамоте, дослужился до должности взводного командира и участвовал в боях» (см. М. Гернет. «Преступный мир Москвы», 1924 год).

    И таким примерам несть числа. Конечно, далеко не все уголовники с дореволюционным стажем сделали себе карьеру при новой власти. Как сейчас принято говорить, менталитет не тот. По-русски — не та закваска. (Собственно, об этом свидетельствуют и примеры, приводимые профессором Гернетом). Однако возникшая вскоре «теория» о «социально близких» новой власти уголовниках оказалась живучей не в последнюю очередь и потому, что среди представителей этой самой власти нередко встречались уголовные преступники.

    Другая часть профессионального уголовного сообщества вместе с отступавшими частями Белой Армии эмигрировала за кордон. В основном речь идёт о преступниках высокого класса: марвихерах, городушниках-шопенфилерах, медвежатниках, мошенниках-фармазонщиках и проч.

    Зато ряды криминального мира пополнили люди, прежде не имевшие связей с преступным миром. Многие из них в гражданскую тоже воевали на стороне большевиков, но в новой жизни не нашли себе места, привыкнув к насилию и не имея никаких других профессиональных навыков. В основном это были не опытные рабочие, а мелкие ремесленники и люмпены, соблазнённые в своё время лозунгом большевиков «Грабь награбленное!». Подавив сопротивление «экспроприаторов», они просто начали претворять этот лозунг в жизнь, поняв его слишком буквально.

    Мы не зря подчёркивали выше, что многие преступники пришли в мирное время в правоохранительные органы. Это привело к ситуации, когда зачастую грань между уголовником и тем, кто призван с ним бороться, оказывалась настолько зыбкой, что её легко можно было пересечь. Вспомним, например, знаменитого Леонида Пантёлкина — Лёньку Пантелеева, который начинал рядовым сотрудником ГПУ, а кончил известным на всю Россию бандитом, на котором «висело» немало грабежей и трупов. В качестве иллюстрации можно привести и дело «степных дьяволов» — банды, которая орудовала в окрестностях Ростова с 1920-го по 1923-й годы. В Батайске, Койсуге, Кущёвке, Степной были совершены десятки ограблений и убийств. Вооружённые бандиты нападали на поезда, грабили подводы, в марте 1922-го года убили 18 работников Батайской трудовой артели, похитив 386 пудов пшеницы, огородные семена и… одежду убитых!

    Во главе банды стоял Василий Бессмертный. В первую мировую войну, будучи денщиком, он совершил убийство, но сумел замести следы преступления. После революции пошёл в Красную Армию, потом — в батайскую милицию. Но здесь Бессмертный связался с бандитами, помогая им планировать и проводить операции. В 1921-м году ДонЧК заподозрила Бессмертного и арестовала его. Однако ему удалось бежать из подвалов ростовской ЧК, и после этого бывший милиционер сам возглавил банду. «Степных дьяволов» долго не могли ликвидировать. И в первую очередь потому, что среди них было немало бывших военнослужащих (в том числе красноармейцев), так что чекистам приходилось иметь дело не просто с бандой, а с хорошо организованной боевой единицей. Разгромили банду только в июле 1923-го года.

    Подобное взаимопроникновение не могло не сказаться на психологии и мировоззрении как преступного мира, так и новой власти. Эта психология послужила основой для создания теории так называемых «социально близких элементов». Так Советская власть определяла представителей профессионального криминального сообщества дореволюционной России. Большевики, основываясь на доктринёрски понятом марксовом учении о классовой борьбе, выдвинули тезис о том, что в условиях, когда власть перешла в руки эксплуатируемых классов, исчезает социальная подоплёка преступности. Прежде, в эксплуататорском обществе, преступник нарушал закон, тем самым выступая против ненавистной системы, которая угнетала человека. Он не хотел быть рабом и выбирал путь стихийного протеста — путь преступления. Веками мечта народа о справедливости воплощалась в образах «благородных разбойников» — Стеньки Разина, Емельки Пугачёва и т. д.

    Теперь, когда социальная справедливость восстановлена, по мере продвижения к социализму будет постепенно исчезать и уголовная преступность. «Уркаганы» найдут своим силам и способностям достойное применение. Тем более в новом обществе не будет разделения на богатых и бедных. Важно не наказывать преступника, а помочь ему найти себя, своё место в жизни, реализовать скрытые способности, таланты… Уголовники в большинстве своём вышли из низов народа. Поэтому они социально близки революционной власти, с ними легко найти общий язык. Они — «свои», в отличие от «буржуев», живших всегда чужим трудом, не знавших горя и нужды.

    Далее мы увидим, чего стоили все эти утопические теории. Справедливости ради стоит заметить: возможно, в том идеальном социалистическом обществе, которое рисовалось по рассказам большевиков, преступников действительно было бы легче вернуть в лоно честной жизни. Но ведь эта сказка с первых шагов была втоптана в грязь. Сразу же появились и богатые, и бедные; власть не помогала трудовому человеку, а грабила его, если он не соглашался с ней — гноила и уничтожала.

    Поделитесь на страничке

    Следующая глава >

    history.wikireading.ru

    Отправить ответ

    avatar
      Подписаться  
    Уведомление о