Рассказ про евпатия коловрата – Повесть о Евпатии Коловрате Отрывок из «Повести о разорении Рязани Батыем[108] ». Перевод Д. Лихачева

Евпатий Коловрат – краткая биография

Евпатий Коловрат был славным и могучим богатырём, который жил на земле русской. Евпатий был рождён в городе Рязань. Однако о нём в истории практически не сохранилось ни каких достоверных сведений, а те которые имеются, довольно часто оспариваются различными историками всего мира. Одни утверждают, что богатырь был на русской земле известным и мужественным воеводой, в свою очередь другие склонны верить в то, что Евпатий был Боярином. Попросту говоря, он был абсолютно простым человек, просто его мужественный поступок навсегда внёс его имя в истории Древней Руси. Теперь он стал эталоном для подражания всех подростков, которые увлекаются историческими событиями тех времён. Но что же именно такого героического он мог сделать?

В древних летописях Руси, монахи датировали его героический подвиг 1238 годом. В эти неспокойные годы мощь монголо-татарских захватчиков была обрушена на русские земли. Земли древней Руси прочувствовали на себе постоянные набеги различных кочевников из воинствующего племени. Все прекрасно понимали, что в скором времени татаро-монгольское войско, которое было огромного количество выдвинется с походом на земли Рязани. Когда правительство Рязани поняло, что они не имеют достаточного количества солдат, чтобы своими силами оборонять свой город от натиска кровожадных захватчиков, они решают послать Евпатия Коловрата с важной миссией. Миссия его заключалась в том, чтобы как можно быстрее привести из соседних городов подкрепление. Как только он прибыл на земли Чернигова, до него донеслись слухи о том, что монголо- татарские воины беспощадно разоряют его родные земли. Не оставаясь больше не минуты на чужих землях, Коловрат вместе со своей дружиной, численность которой была совершенно малой, поспешно выдвинулся в сторону Рязани. Но к великому сожалению он не успел подоспеть вовремя, и город его был уже полностью разорён и сожжён дотла. Когда перед его глазами всплыла картина того, что он увидел, он сильно разгневался и пустился в погоню за врагом, который уничтожил его родину. Евпатий настиг войско хана Батыя у земель Суздали. Там то он и дал бой врагу. Даже несмотря на незначительную численность отряда Евпатия, они смогли довольно сильно разгромить войско Батыя. Это произошло из-за того, что Евпатий напал внезапно, когда монголо-татары совершенно этого не ожидали. Батый сильно удивился такой внезапной атаке и просто был вынужден воспользоваться силами своего специально обученного отряда. Хан Батый требовал от своих полководцев того, чтобы они во что бы это не стало взять Евпатия живым. Однако Коловрат не был намерен сдаваться и бился с неприятелем до победного конца. Батый был вынужден послать переговорщика к самому Евпатию, чтобы узнать, чего именно они хотят. Евпатий ответил, что они хотят умереть. После этого разговора бой снова возобновился. Монголы были вынуждены прибегнуть к помощи катапульт, чтобы разбить строй Евпатия. В ходе этой битвы Евпатий Коловрат был повержен. Батый никогда прежде не видел такого мужественного предводителя, в результате чего он отдал тело Коловрата его дружине, чтобы они похоронили его со всеми почестями. А за доблестное сражение против своей армии, Батый отпустил дружину Евпатия и не причинил им никакого вреда.

Этим знаменитым подвигом Евпатий Коловрат навсегда останется вписан в историю древней Руси, как человек, который пожертвовал своей жизнью ради того, чтобы его земля жиля и процветала ещё долгие столетия. В истории русского фольклора также помнят Евпатия и народ слагает про него легенды, пишет стихи и сочиняет песни. Даже Сергей Есенин не смог обойти стороной столь знаменательный подвиг, что воспел о нём в одном из своих произведений. Во времена советского союза кинокомпания “Союзмультфильм” выпустили мультфильм, который назывался “Сказ о Евпатии Коловрате”. В 2007 году его именем назвали одну из главных улиц его родной Рязани.

Евпатий Коловрат кратко и понятно – все самое важное

Евпатий Коловрат – славный богатырь земли русской. Евпатий уроженец Рязани, сведений о нем не так много, и они противоречивы. Одни, говорят, что он был местным воеводой, другие – боярином. По сути он был обычным человеком, однако же его имя навсегда было вписано в русскую историю и будет служить примером мужества и героизма для нынешней молодежи. Что же такого он сделал?

Подвиг его датирован 1238 г. В это не спокойное время Русь начинала познавать всю сила татаро–монголов и всю тяжесть последствий набегов кочевников. Было ясно, что татары вскоре пойдут новым походом на Рязань. Понимая, что собственных сил для успешной обороны города у рязанцев мало, они послали Евпатия Коловрата искать помощи в соседних княжествах.

Коловрат отбыл в Чернигов, там его настигло известие о разорение родной земли монголами. Не медля ни минуты, Коловрат с малой дружиной (численность её в разных источниках оценена по-разному) спешно двинулся в сторону Рязани.

К сожалению город он застал уже разоренным и сожженным. Увидев развалины, бросился в погоню за войском Батыя. Настигнув татар в окрестностях Суздаля, дал бой неприятелю. Несмотря на малую численность отряда, русским удалось смять арьергард татар внезапной атакой.

Батый был сильно удивлен всему, что произошло. Хану пришлось бросить в бой свои лучшие части. Батый просил привести ему Коловрата живым, однако Евпатий не сдался и мужественно бился с превосходящим по численности врагом.

Тогда Батый послал к Евпатию парламентера, чтобы спросить, чего хотят русские воины? Евпатий ответил – умереть! Бой продолжался. В итоге монголам пришлось применить катапульты и, только тогда им удалось разрушить русский строй. Коловрат был убит. Батый, пораженный мужеством и героизмом русского воина, отдал тело Евпатия его дружине. Остальных воинов, за их смелость Батый велел отпустить, не причинив им вреда.

Евпатий Коловрат по истине народный герой. Его подвиг нашел отражение в русском фольклоре, про него писали песни и стихи. Сергей Есенин не обошел в своем творчестве личность русского героя, воспев его подвиг в одном из своих произведений. В советские времена «Союзмультфильм», выпустил мультик – « Сказ о Евпатии Коловрате». В 2007 году, именем рязанского воеводы, была названа одна из улиц его родного города.

Повесть о Евпатии Коловрате Отрывок из «Повести о разорении Рязани Батыем[108] ». Перевод Д. Лихачева

Повесть о Евпатии Коловрате

Отрывок из «Повести о разорении Рязани Батыем[108]». Перевод Д. Лихачева

Средневековая русская словесность была необычайно разнообразна. Наши предки стремились сохранить память о наиболее примечательных деяниях и выдающихся людях. Ты уже знаешь, как создавались образы народных богатырей в былинах. Но тебе надо знать, что образы эти рождены не фантазией сказителей, а самим русским народом.

С древнейших времен на Руси создавались летописи. Летопись – это жанр средневековой русской литературы, письменный свод описаний реальных, легендарных и вымышленных событий. Летописи создавались, чтобы сохранить память о деяниях и событиях прошлого, свидетелем которых был сам летописец (составитель летописи), о чем он услышал или прочел в других книгах. Древнейшая дошедшая до нас летопись «Повесть временных лет», созданная в Киеве Нестором, восходит к XII веку, но содержит в себе сведения и о гораздо более ранних периодах.

Уже в ранних летописях начали появляться самостоятельные повествования, на основе которых возник жанр

военной повести. Этот жанр воспевал ратные подвиги не только князей, но и доблестных дружинников, с оружием в руках отстаивающих дело, которые они считали правыми.

В 1236 году началось нашествие на Русь монголов, предводительствуемых ханом Батыем. В 1237 году их полчища напали на русский город Рязань, взяли и разорили его. Но нелегко далась врагу победа, и в суровой битве под стенами Рязани многие русские воины проявили силу и отвагу.

Об этом скорбном и героическом событии безымянным автором была написана «Повесть о разорении Рязани Батыем в 1237 году». Одна из частей этого произведения рассказывает о подвигах Евпатия Коловрата, мужественного и сильного воина, любящего родную землю и ненавидящего ее врагов.

Создатель «Повести о разорении Рязани Батыем», несомненно, очень хорошо знал и любил русские былины. Посмотри, как смело он вводит в свой рассказ о Евпатии Коловрате былинные приемы повествования. Попробуй сам назвать их, прочитав это произведение.

Да и облик Евпатия Коловрата напоминает богатырей героического эпоса. Роднит его с этими богатырями и беззаветная любовь к Родине, и ратное мастерство.

Но есть в «Повести» и отличия от былин. Во-первых, в ней отчетливо различается голос повествователя, оценивающего подвиги Коловрата. А во-вторых, отношение к герою здесь выражает и его злейший враг – Батый, восхищающийся этим человеком.

* * *

И увидел безбожный царь Батый страшное пролитие крови христианской, и еще больше разъярился и ожесточился, и пошел на Суздаль и на Владимир, собираясь Русскую землю попленить, и веру христианскую искоренить, и церкви Божьи до основания разорить. И некто из вельмож рязанских, по имени Евпатий Коловрат, был в то время в Чернигове с князем Ингварем Ингваревичем, и услышал о нашествии зловредного царя Батыя, и выступил из Чернигова с малою дружиною, и помчался быстро. И приехал в землю Рязанскую, и увидел ее опустевшую: города разорены, церкви пожжены, люди убиты. И примчался во град Рязань и увидел город разорен, государей убитых и множество народа полегшего: одни убиты и посечены, другие пожжены, а иные в реке потоплены. И воскричал Евпатий в горести души своей, распалялся в сердце своем. И собрал небольшую дружину – 1700 человек, соблюденных[109] Богом вне города. И погнались вослед безбожного царя, и едва нагнали его в земле Суздальской, и внезапно напали на станы Батыевы. И начали сечь без милости, и смешалися все полки татарские. И стали татары точно пьяные или безумные. И бил их Евпатий так нещадно, что и мечи притуплялись, и брал он мечи татарские и сек их татарскими. Татарам почудилось, что мертвые восстали. Евпатий же, насквозь проезжая сильные полки татарские, бил их нещадно. И ездил средь полков татарских так храбро и мужественно, что и сам царь устрашился. И едва поймали татары из полка Евпатиева пять человек воинских, изнемогших от великих ран. И привели их к царю Батыю, а царь Батый стал их спрашивать: «Какой вы веры и какой земли и что мне много зла творите?» Они же отвечали: «Веры мы христианской, а витязи мы великого князя Юрия Ингваревича Рязанского, а от полка мы Евпатия Коловрата. Посланы мы от князя Ингваря Ингваревича Рязанского тебя, сильного царя, почествовать и с честью проводить, и честь тебе воздать. Да не дивись, царь, что не успеваем наливать чаш на великую силу-рать татарскую». Царь же подивился ответу их мудрому. И послал шурича[110] своего Хостоврула на Евпатия, а с ним сильные полки татарские. Хостоврул же похвалился перед царем, обещал привести к царю Евпатия живого. И обступили Евпатия сильные полки татарские, желая живым его взять. И съехался Хостоврул с Евпатием. Евпатий же был исполин силою и рассек Хостоврула на-полы[111] до седла. И стал сечь силу татарскую, и многих тут знаменитых богатырей Батыевых победил, одних на-полы рассекал, а других до седла разрубал. И возбоялись татары, видя, какой Евпатий крепкий исполин. И навели на него множество орудий для метания камней, и стали бить по нему из бесчисленных камнеметов, и едва убили его. И принесли тело его к царю Батыю. Царь же Батый послал за мурзами[112], и князьями, и санчакбеями[113], – и стали все дивиться храбрости, и крепости, и мужеству воинства рязанского. И сказали царю мурзы, князи и санчакбеи: «Мы со многими царями, во многих землях, на многих битвах бывали, а таких удальцов и резвецов не видали, и отцы наши не рассказывали нам. Это люди крылатые, не знают они смерти и так крепко и мужественно на конях бьются – один с тысячею и два с 10 тысячами. Ни один из них не съедет живым с побоища». И сказал Батый, смотря на тело Евпатьево: «О Коловрат Евпатий! Хорошо ты меня попотчевал с малою своею дружиною, и многих богатырей сильной моей орды побил, и много полков разбил. Если бы такой вот служил у меня, – держал бы его у самого сердца своего». И отдал тело Евпатия оставшимся людям из его дружины, которых похватали на побоище. И велел царь Батый отпустить их и ничем не вредить им.

Вопросы и задания

1. Какие черты определяют характер Евпатия Коловрата?

2. Как в повести изображается русское войско? Чем объясняются причины его поражений?

3. Для чего вводится в повесть образ Батыя?

4. Какую художественную роль играет в повести прямая речь?

5. Подготовь пересказ повести.

6. Сравни образы Евпатия Коловрата и образы былинных богатырей и самостоятельно подготовь сообщение на тему: «Отличие образа Евпатия Коловрата от фольклорных».

Данный текст является ознакомительным фрагментом.

Читать книгу целиком

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Читать книгу Евпатий Коловрат

…резвецы и удальцы, узорочье воспитанное рязанское…

Летопись

На святой Руси быль и была, да быльем давно поросла…

Л.Мей

Половецкое торжище на Рясском поле весной 1217 года удалось на славу. На торжище прибыли кочевники из дальних улусов на Волге-реке, с Калмиуса и медведицы. Половцы пригнали большие косяки коней, навезли множество товаров из Персии, из арабских и тюркских стран, невольниц из далекой Индии, чудесные веницейские зеркала, самоцветы и благовонные масла. А больше всего вывели на торжище дикие кочевники русских пленников, за которых назначали крупные выкупы.

На Руси в том году было сытно. Князья рязанские прибыли на торг с полными мешками золота и серебра, что добыли в походах на балкарское царство и на племена лесной мордвы. Князья не скупились на выкуп пленников, пировали с половецкими ханами, любовались на конские игрища, где состязались русские наездники с половцами, пили хмельные напитки, от которых кружилась голова…

Особенно шумно гуляли на торжище два брата — рязанские князья Владимировичи, Глеб и Константин. После торжища князья эти позвали друзей-половцев с собой на Рязань. Те пошли двумя полками, с обозом и с запасными конями, словно отправлялись в боевой поход.

Прибыв вместе с половцами в княжеское село Исады, Владимировичи позвали на пир своих родичей — князей рязанских и пронских, муромских и коломенских. «Приходите, — говорили гонцы Владимировичей, — да пир сотворим и уряд учиним: жить всем князьям в мире и положить предел усобицам!»

Ночью, накануне пиршества в Исадах, к рязанским стенам прискакал на взмыленном коне одинокий всадник. Воротная стража долго выспрашивала прибывшего. Нетерпеливый всадник колотил рукоятью меча в окованные полотнища дубовых ворот. На стук пришел к воротам сотник Коловрат и, признав по голосу ночного путника, приказал впустить его в город.

Коловрат проводил всадника до княжеского терема.

Ночного гостя встретил в рубленных сенях молодой невысокий и быстроглазый князь Юрий. Он окинул взглядом могучего гонца.

Тот переступил с ноги на ногу и тихо сказал:

— Поостерегись, Юрий Игоревич, и князя Ингваря удержи. В Исады вам пути нет.

— Что так? Почему такие речи, Ополоница?

— Злое умыслили Глеб и Константин на вас и на прочих своих сородичей. Быть великой беде.

Юрий сбросил с плеча легкий цветной кафтан и схватил Ополоницу за руку:

— Садись и говори к ряду!

…Ополоница вышел из княжеского терема под утро, когда над стенами города появилась багряная полоска погожей зари. Воин сел на отдохнувшего коня и погнал его в сторону Исад.

Княжеский пир начался в обеденную пору.

На зов родичей пришли с малой дружиной, с воеводами и ближними боярами Кир-Михаил Всеволодович Пронский, Ростислав Святославович, Глеб и Роман Игоревичи да родной брат хозяев пира — Изяслав Владимирович.

Князья-гости вошли в шатер. Перед каждым из них слуги-отроки распахивали алый полог и принимали от них мечи.

Столы, ломившиеся от яств и серебряных ковшей с игристыми заморскими винами и домашними выдержанными медами, говорили о широком радушии хозяев.

А тем временем в стольной Рязани царила тревога. По зову князей Ингваря и Юрия в город прибыли воины из посадов и ближних застав. Княжеские люди собирали на Оке и Проне плотогонов, гребцов, гостей и чужеземных воинов, выдавали безоружным мечи и секиры и вели на городские бойницы. Небольшой отряд княжеских всадников во главе с храбрым сотником Коловратом выехал под вечер за городские ворота и углубился в лес, что обступал дорогу на Исады.

Глеб, широкоплечий и сильный, с сухим лицом и ясными ястребиными глазами, усадив гостей, складно заговорил о братской верности, о том, как надлежит князьям любить отчую землю и заботиться о ее благе. Князья слушали насторожено: уж давно просачивались к ним слухи о похвальбе Глеба перед великим князем Владимирским, об умысле его собрать воедино всю Рязанскую землю и возвеличить ее над всей Русью.

Гости переглянулись и подняли первые ковши с опаской. Каждый подумал о своем уделе и о том, что не пристало Владимировичам возвеличиваться над старшими ветвями Святославовичей и Игоревичей. Но за первым ковшом потянуло на второй. Речи Глеба перестали резать уши и тревожить сердце. Князья и бояре братски чокались коваными ковшами и распустили запоны своих шитых парчой и золотом кафтанов.

За столом прислуживали тихие отроки. И некто из гостей не обратил внимания на то, что под одеждой у отроков висели короткие мечи.

Когда пир стал шумен, полы шатра вдруг распахнулись и в шатер ворвались половецкие воины. Половцы были в рысьих шапках и боевых кожаных нагрудниках, расписанных священными идольскими знаками. Князья-гости и их ближние схватились за поясные ножи, но тихие отроки удержали их сзади за локти. Угрюмые половцы взмахнули кривыми клинками. На столы с яствами брызнула кровь.

Ополоница стоял за спиной Глеба. Ни один мускул не дрогнул на лице его при виде, как один за другим падали на стол князья и бояре — «узорочье рязанское». Но когда пал грудью на стол белокудрый красавец Изяслав, сраженный подлым ударом в спину, Ополоница с силой сжал рукоять своего меча…

Почти десять лет он служил князю Глебу. Он высоко ценил его за ум, за редкую среди князей ненасытность знания, за храбрость и сильную вволю. Давно поделился Глеб со своим верным сотником мыслями объединить под своей рукой Рязань, отплатить князю Владимирскому за унижения, что претерпели рязанцы от неистового Всеволода-Дмитрия, прозванного Большим Гнездом, потом протянуть свою руку на Днепр и Волхов — к древнему Киеву и богатому Новгороду… Ополоница разделял мысли князя и отдавал ему должное: по уму и быстроте мысли не было ему равного среди князей рязанских и владимирских. Отталкивала Ополоницу от Глеба лишь его жестокость.

Когда половцы, вытирая о полы окровавленные клинки, потянулись к выходу из шатра, Глеб обернулся к Ополонице:

— Поднимай дружину, друг сотник, — и на Рязань! В руках твоих жизнь Ингваря и Юрия.

Ополоница склонил голову и вышел из шатра.

Вместе с князьями были перебиты все воины и именитые люди, прибывшие на званый пир. Тела убитых сбросили в ямы, из которых княжеские гончары брали недавно глину, и чуть присыпали сверху землей и угольем.

Вечерело. В саду, замлевшем от солнца и пчелиного звона, пахло мятой и огуречной травой. Вокруг стояла такая мирная тишина, что у воина закружилась голова.

Через некоторое время дружина Глеба, числом до двухсот воинов, спешной рысью пошла в сторону Рязани.

Поздним вечером, когда над окской поймой вспыхнули во множестве звезды и кровавым пламенем загорелся в лугах костер табунщиков, младший из князей убийц, Константин, также повел большой свой полк на Рязань.

Был этот Константин невысок ростом и широкоплеч; большая круглая голова его поросла темным волосом; такими же темными были у него глубоко посаженные глаза. Этот князь он сидел в городце Мещерском — все время проводил в бранных походах, воевал мурому и ерзю 1, доходил со своими войсками до рубежей Суздальской земли, и много страшных рассказов ходило в народе об этом жестоком воителе.

Глеб понимал, что войско на Рязань надлежало вести ему, чтобы сразу же занять большой стол. Но даже у него не достало сил обнажить меч на двух братьев Игоревичей, один из которых, Юрий, был спутником его детских лет.

— Пойди на Рязань, ты, брат, — сказал Глеб Константину. — Ополоница поможет тебе, и к утру завтра мы займем с тобой рязанский стол.

Полк Константина шел размашистой рысью. Хмельные воины перекрикивались и бряцали оружием. Склонив голову на грудь, Константин ехал молча. В его темных барсучьих глазах зеленым светом отражался ущербный месяц.

На выезде из большого леса, когда слышен стал стал лай псов на Рязани, полк Константина встретил ополоница.

Заслышав голос сотника, всадники осадили коней. Многие из них сошли с седел на землю.

Константин спросил ополоницу:

— С тобой ли головы князей-ослушников?

Вместо ответа Ополоница ударил Константина шестопером. Не успел сраженный князь упасть на землю, как весь полк был оцеплен. Опешившие воины Константина перемешались, попытались было взяться на мечи, но не сумели выстоять под напором и один за другим перешли на сторону победителей.

Наутро Глеб, ведя за собой половецких наемников, подступил к стенам Рязани.

Бой длился почти весь день. Видя малую силу осаждавших, рязанцы раскрыли ворота и вступили с половцами врукопашную. Половцы дрогнули и побежали. Победа рязанцев была полной. Среди мертвых Глеба не нашли. Много дней спустя прибежал в город толмач2 и сказал, что князь-убийца утек вслед за половецкой ордой на Дон.

Константина же верные слуги увезли в Киев, и оправившись от раны зломысленной князь много лет бесславно воевал против Даниила, князя Галицкого.

КНЯЖОЙ ПЕСТУН

С того времени Ополоница сделался самым ближним человеком князю Юрию.

Одногодки, оба лихие наездники, князь и Ополоница почти не расставались: вместе рыскали по степям, где паслись отбитые у кочевников табуны коней, спали под одним плащом и пополам делили хлеб из дорожной кисы3.

В долгих беседах Юрий познал тонкий ум воина. Он любил рассказы Ополоницы о его скитаниях в Черниговской и Северской землях. Родом Ополоница был из Коломны. Оставшись сиротой, он ушел с паломниками в Киев и несколько лет жил в Лавре на послухе. Там он научился разбирать по столбцам грамоту и от древних монахов, ведущих летопись, прознал об эллинской премудрости и о философах Рима. Однако монастырская тишина скоро детине наскучила. Взял он у старцев благословенье и ушел в войско князя Черниговского. Оттуда его переманил к себе рязанский Глеб, умный и пытливый князь, помышлявший о главенстве над Русской землей.

Не один раз спрашивал Юрий Ополоницу:

— Почто отшатнулся ты от Глеба? Ради чего обрекал свою голову мечу?

Ополоница отмалчивался. Но один раз он оторвал взгляд от ременной узды, что чинил, держа в коленях, и прямо посмотрел в глаза Юрию:

— Беды не хотел для Руси. Сядь Глеб на Рязани — быть бы братоубийственному разорению.

— Но о себе-то ты как мыслил?

— Воин думает не о себе, а о победе, князь. Мне смерть не страшна…

Жил Ополоница за деревянной церковью, над самой кручей горы, что спадала к задумчивой речке Серебрянке. Перед крыльцом его узорчатого крыльца густо росли кусты смородины и дикого малинника, а среди кустов стояло несколько пчелиных колод.

Заходил иногда князь Юрий и просиживал допоздна, угощаясь наливками и хмельной брагой.

И вот однажды, сидя против Ополоницы за дубовым столом, сказал Юрий воину:

— Со смертью брата Ингваря великое бремя легло на мои плечи. Рязань — княжество не малое. Сына готовить на княженье надо, а кому доверишь это? Няньки и мамки ослабят у мальчонки душу, время же наше требует от князя силы духа и ратной доблести.

Ополоница поднял на князя свои задумчивые серые глаза.

Князь отнял из ковша, стер с усов бражную пену и вдруг положил свою маленькую сильную руку на плечо воину и сказал:

— Возьми сына моего на уход и выучку, Ополоница. Тебе только могу я препоручить моего первенца.

Воин встал и тяжело прошелся по горенке. Под его шагами заныли рубленые половицы. Князь провожал его ожидающим взглядом.

Наконец Ополоница остановился перед Юрием и тихо выговорил:

— Великую честь оказываешь ты мне, княже, но и не малый будет с меня спрос…

— Возьми моего Федора! — еще раз попросил князь.

— Возьму, Юрий Игоревич. Только дай ты мне полную в его науке свободу. Как сына стану жалеть я княжича, но трудным искусом придет он к своей зрелости и ко княжению. Будет он воин, людям своим судья и защитник, княжеству рязанскому мудрый устроитель.

— Будь по-твоему! — И князь обнял воина.

Было это незадолго до весеннего праздника Ярилы. Княжичу Федору исполнилось в ту зиму двенадцать лет. Это не погодам рослый, но тонкий в кости, светловолосый и голубоглазый юноша. Федор играл с дворовыми ребятишками в писанки. Пунцовые, лазоревые, изумрудные и золотые яйца катались по тонким дощечкам и то откатывались по луговинке в сторону, то наскакивали на чужие яйца, сталкивались, и тогда — чья взяла: либо бита, либо цела.

Федор проигрывал уже второй карман писанок, когда его покликал с крыльца терема отрок:

— Князь-батюшка зовет к себе в горницу, княжич!

Федор вытер пыльные ладони о полы камчатого кафтанчика, поправил сбившуюся на потный лоб шапочку и побежал к крыльцу. Он был напуган нечаянным зовом. Его редко допускали в большую горницу, и теперь он подумал, что батюшка недоволен им и строго накажет.

Но лицо Юрия было благодушно. Не поднимаясь с низкой резной скамьи, он поманил к себе сына, взял его за плечи и поставил перед собой.

— Полно быть тебе с мамками, Федя. Ты уж большой стал. Отныне перейдешь жить к воинам и отрокам, и вот тебе наставник и пестун.

Юрий повернул голову. Федор посмотрел туда же и увидел отделившегося от изразцового угла печки Ополоницу. Тот поклонился Федору, не сводя с него веселых серых глаз.

— Во всем слушайся его, Федя, как слушался бы меня. И почитай паче всех. — И князь слегка подтолкнул Федора в сторону Ополоницы.

Воин взял княжича за руку, а другой рукой, шершавой и теплой, погладил его спутанные и влажные волосы:

— Мы сдружимся, княже. Неволить Федора я не стану.

Отстегнув от пояса нож и малиновой кожи ножнах и с большим зеленым камнем на костяной рукояти, воин протянул его Федору.

— Взял я этот нож в бою на Мокше. Лучше этого ножа ничего не было у мордовского царька. Прими, княжич!

Федор вопросительно посмотрел на отца и, видя, что тот улыбается в усы, повернулся к воину и принял от него нож и прицепил его на свой тонкий поясок:

— Когда я вырасту большой, я убью в бою половца, отниму у него нож и тем ножом отдарю тебя…

Юрий, довольный, рассмеялся, а Ополоница склонился и поцеловал Федора в лоб. От мягкой и долгой бороды воина пахло конем и бражным настоем.

Они вышли на крыльцо.

В садах и около дворов нежной зеленью распускались березки. Из-за резных коньков на крыше вспархивали выпущенные кем-то белые голуби. Трепеща крыльями, голуби плавно кружились, перевертывались в воздухе, потом круто устремлялись ввысь и исчезали в лазури.

Стоя на высоком крыльце, Федор огляделся вокруг, и ему показалось, что и нарядные терема, и дымчатые от молодой зелени сады, и высокие верхи башен на городских сиенах — все звенело и плыло мимо него куда-то вместе с легкими облаками.

— Куда мы пойдем теперь? — спросил он Ополоницу.

— Куда тебя тянет, туда и пойдем, княжич, — ответил тот. — Хочешь — к хороводам на городской вал, а то можно и на Княжий Луг.

— Пойдем на Луг, на Ярилу, — попросил Федор.

И, гордый близостью известного на Рязани воина и ближнего князю боярина, Федор прошел сквозь толпу своих недавних товарищей, продолжавших катать писанки. Ребята с завистью посмотрели на нож, висевший на поясе Федора. В их глазах он впервые предстал княжичем, и они почтительно уступили ему дорогу.

НА КОНЯХ, С КОПЬЕМ И ЛУКОМ

Ополоница не любил засиживаться на одном месте.

Как только шумная Ока уносила вниз серые льды, воин терял сон, становился вялым и все посматривал прищуренными глазами на лиловую черту горизонта. Почти каждый вечер он уводил Федора на приречные кручи. Здесь они долго сидели бок о бок на отмытом дождями камне и молчали. Медленно погасал над лугами вечер. Со стороны синих лесов к городу летели на ночлег молчаливые стаи галок. Из быстрой Прони выплыли в Оку тяжелые плоты. Плотогоны на заторах ловко отталкивались от берегов длинными шестами и перекрикивались. Их голоса четко повторяло перекатливое эхо.

Когда же обсыхали дороги и в садах начинали хлопотать, болтая, черные скворцы. Ополоница седлал двух коней, приторачивал к седлам кожаные дорожные кисы с хлебом и сушеном мясом, усаживал на седло Федора, и они надолго покидали город.

Всюду — и в лесах на тихой Цне, и на дальних окских плесах, и в бескрайних степях — всюду у Ополоницы были верные люди; они принимали из рук всадников поводья коней и вели гостей на почетное место у очага.

Степи начинались от верховьев Пары, шли к далекой Верде и в другую сторону — к верховьям Дона. Весенняя степь поразила юного княжича. Привыкший видеть на близком горизонте темные рязанские леса, Федор растерялся перед раскрывавшимся простором. Зеленая, с редкими озерками стоячей воды степь грядами уходила к неуловимой черте горизонта. Травы, все травы, испещренные цветами, высокое небо и ветер…

Чаще всего Ополоница увозил княжича на реку Пару. На левом, высоком берегу реки стояли тенистые дубовые рощи, а на противоположном начиналась необозримая степь, на которой паслись княжеские кони.

Здесь Федор впервые сел на спину необъезженного скакуна, здесь Ополоница учил его заарканивать коней, набрасывать им на ноги ременные путы, потом ставить на вздрагивающую ляжку горячее тавро. Сбитые с ног кони скалили желтые зубы, норовя ухватить своих мучителей за ноги. Борьба с дикими конями увлекала княжича. После долгого дня скачек, погони, когда вольный ветер пел в ушах и пьянил, от непрестанного конского ржанья, которое, казалось, усиливало ярость солнца. Федор с наслаждением отдыхал у жаркого костра, уничтожая недожаренное на углях мясо.

На третье лето Федор умел не хуже любого табунщика вскакивать на неоседланного коня и, держась за жесткую гриву, мчаться на нем, умел скакать стоя или вися сбоку седла, научился распознавать нрав коней по взгляду, выносливость и быстроту бега по высоте груди и по паховым пазухам.

Один раз — это было на шестнадцатом году жизни молодого княжича — Ополоница вместе с Федором и двумя табунщиками углубились далеко в степь. Кони их шли целиной без дороги, и из-под самых конских ног то и дело вспархивали молодые тетерева. В раскаленном небе парили ястреба. Соколки часто падали в травы и вновь возносились вверх, держа в когтях свои жертвы.

Федор заметил, что даже невозмутимый Ополоница вдруг начал озираться вокруг.

— До этих мест добегают дикие половцы, — тихо сказал Ополоница, отвечая на вопросительный взгляд Федора. — А у них с христианами речь короткая: аркан на шею — и в полон4.

Седые зарычи тяжело проносились над травами, вспугивая стайки мелких птичек. В чистых озерках кругами ходила рыба, а меж тростников перебегали длинноногие тоскующие куличики.

Но вот на одном из круглых холмов вдали явился всадник с высоким колчаном за плечами. Следом взметнулся и второй. Заметив русских, дикие всадники, гореча коней, исчезли в высокой траве.

За легкими холмами проплыло густое серое облако.

— То пыль, — сказал Ополоница княжичу. — Половцы гонят стада в нашу сторону. Теперь надо ждать набегов…

Суровые табунщики переглянулись и поправили кривые половецкие сабли, висевшие у них на перевязи через плечо.

Ополоница уловил тревогу в глазах Федора и сделал равнодушное лицо. Он даже позевал, прикрывая ладонью рот:

— Бивались мы с половцами. Неверные они люди, а в бою лихи… Чуть прозеваешь — тогда держись шапка!

И старший табунщик подтвердил:

— Что лиса хитер этот половец.

В ту же ночь табунщики подняли конские косяки, к утру пересекли Пару и приблизились к передовым рязанским заставам.

Из степей Ополоница перекочевал с княжичем в леса.

Воин строил где-нибудь над лесной речкой шалаш, уча княжича складывать из камней очаг и добывать огонь. Из шалаша они совершали дальние походы, выслеживая косуль и стада лосей. Федор делил с Пестуном своим все тяжести лесной жизни, ночевал, случалось, на голой земле и был счастлив, когда ловил на лице воина еле заметную тень одобрения.

Наученный Ополоницей Федор умел плести сети, ставить силки на птицу и мелкого зверя, бил стрелой белку, распознавал на траве следы медведей и волков, ловко взбирался на высокие сосны, озирал с высоты зеленое лесное море, на котором редко редко возникал синий дымок смолокура или огонек костра забредшего в глухомань бортника5.

Однажды — было тогда Федору по шестнадцатому году — вышла из Рязани в заокские леса большая княжеская охота. Сам князь Юрий вспомнил молодость и выехал со своим любимым кречетом на лебедей, что во множестве водились на голубых мещерских озерах. Охоту повел Ополоница, передовым же был отрок Кудаш, однолеток княжича.

Стояли теплые августовские дни. На ночевках охотники выбирались из шатров, спали под открытым небом, на котором горели и искрились звезды.

Чую близость коней, в буреломе одичало подвывал старый волк. Сторожевые псы, лежавшие у костров, вскакивали на ноги, вытягивались и, как окаменелые, стояли долго, всматриваясь в тьму мерцающими глазами.

Глухо покрякивая, вставал со своего ложа Ополоница и звал конюших отроков. Он приказывал им подбросить сушняка в костер. Веселые струйки огня освещали тяжелые лапы елей, стоявших вокруг поляны; зеленой искрой вспыхивал глаз обернувшегося на свет огня. Звезды тускнели, и одинокий волк прекращал зловещий вой.

На третий день Ополоница повел молодых охотников к самому озеру Великому, где во множестве гуляли стада косуль.

Князь Юрий прекратил свою потеху и тронулся в стойбище мещерского царька, к

ЕВПАТИЙ КОЛОВРАТ – ИСТОРИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ ИЛИ ЛЕГЕНДА

ЕВПАТИЙ КОЛОВРАТ – ИСТОРИЧЕСКАЯ ЛИЧНОСТЬ ИЛИ ЛЕГЕНДА

Асанбекова А.С. 1

1

Тарасова Е.Н. 1

1

Текст работы размещён без изображений и формул.
Полная версия работы доступна во вкладке «Файлы работы» в формате PDF

«Евпатий Коловрат, как символне покорившейся Руси,

До седел рассекал поганых,

Мстя им за честь своей страны».

  1. Введение.

1.1 Обоснование выбора темы

Нет на Земле народа, который бы не помнил и не гордился бы славным прошлым и своими героями. Эта память связывает нас с нашими предками, нашей историей. Знание событий прошлого нашего государство дает нам возможность не повторять ошибки прошлого с одной стороны, и гордиться своей историей с другой.

В настоящее время данная тема является актуальной в связи с политической нестабильностью и формирование различных мнений о значимости той или иной исторической личности, выдвижении ложных фактов истории и занижении роли русского народа в историческом процессе.

Объектом моего исследования стала мало изученная героическая личность Евпатий Коловрат, как пример человеческого подвига во имя спасения русской земли.

1.2 Целью моего исследования является выявить роль Евпатия Коловрата как исторической личности на основе различных письменных источников.

1.3 Постановка данной цели обусловила выбор следующих задач:

  1. Рассмотрение личности Евпатия Коловрата в рамках исторических событий;

  2. Рассказать о «Повести о разорении Рязани Батыем»;

  3. Описать подвиг Евпатия Коловрата;

  4. Проанализировать значение личности в исторических событиях.

  1. Основная часть

2.1 Личность Евпатия Коловрата.

В наши дни много споров вызывает как сама личность Евпатия Коловрата, так и происхождение его прозвища «Коловрат».

Вероятнее всего, прозвище «коловрат» происходит от древнего слова «коло», что означает «солнце». Таким образам, коловрат — это коловорот1, или же солнцеворот. Не исключено, что прозвище Евпатия связано с днем его рождения – в день солнцеворота или же, что вероятнее, всего прозвище используется как древнее, сакральное значение коловорота — годичного цикла. При этом «коловрат» понимается как движение солнца по небу. Человек носящий это прозвище является хранителем гармонии во вселенной, гарантирующим нормальный ход вещей в ней.

О самой личности Евпатия Коловрата сведений не так много, и они противоречивы. Неизвестна даже точно дата его рождения, только приблизительно назван год — 1200.

Один из источников говорит, что Евпатий Коловрат родился в селе Фролово Шиловской волости. Евпатий Коловрат был славным и могучим богатырем, который жил на земле русской. Однако о нем в истории практически не сохранилось ни каких достоверных сведений. А те, которые имеются, довольно часто оспариваются различными историческими источниками всего мира. Одни утверждают, что богатырь был на русской земле известным и мужественным воеводой, в свою очередь другие склонны верить в то, что Евпатий был боярином, третьи – руководителем народного ополчения. Вотчину Евпатий Коловрат действительно имел — в Урсовском городке под селом Заполье. Сегодня это село все еще существует. Некоторые исследователи считают именно городское поселение Шилово — родиной Евпатия Коловрата. Там даже поставлен памятник знаменитому земляку. (Приложение 1)

В некоторых древних источниках Евпатий Коловрат именуется Евпатий Неистовый2.

О семье Коловрата информации еще меньше. В некоторых редакциях «Повести» указывается отчество Евпатия — Львович. О том, что у Коловрата была молодая жена Татьяница и пятилетний сын Михалко мы узнаем только из книги Василия Ряховского «Евпатий Коловрат». А значит, это может быть и вымыслом самого писателя. Придуманной мне кажется и версия, что Коловрат был язычником3.

Дата гибели названа более точно — январь 1238 года в «Повести о разорении Рязани Батыем». Там же говориться и о торжественных похоронах Коловрата в Рязанском соборе 11 января 1238 года4. (Приложение 2)

2.2 Подвиг Евпатия Коловрата

Подвиг и гибель Евпатия Коловрата хорошо описаны в «Повести разорении Рязани Батыем».

Повесть о разорении Рязани Батыем — произведение древнерусской литературы. Посвящено взятию Рязани монголо-татарами в декабре 1237 года. Трудами исследователей собраны десятки ее рукописей, выделены различные редакции и определены отношения между ними. Однако вопрос о времени создания этого шедевра древнерусской литературы до сих пор остается открытым. В. Л. Комарович и А. Г. Кузьмин склоняются к датировке ее XVI веком, Д. С. Лихачев относит «Повесть» к концу XIII — началу XIV века. Последняя точка зрения закрепилась в учебниках по древнерусской литературе, нашла свое отражение в изданиях «Повести», использовалась в исследованиях по истории литературы Древней Руси.

Повесть начинается с нашествия в 1237 году «безбожного царя»5 Батыя на Рязань и стал на реке Воронеж. Он требовал себе десятой части богатства. Мстный князь Юрий Ингваревич занял нерешительную позицию, с одной стороны он послал за подмогой во Владимир к великому князю Георгию Всеволодовичу, а с другой одарил Батыя подарками. Однако, узнав от одного рязанского воеводы, что в городе есть красивая женщина Евпраксия, сноха князя, Батый потребовал ее к себе. Ее муж Фёдор (сын рязанского князя) начал возражать, но был убит. Сама Евпраксия покончила жизнь самоубийством, спрыгнув из окна высокого терема со своим маленьким сыном Иваном Феодоровичем. Весь город оплакивает смерти княгини и мальчика. После этого началась битва, в которой полегло почти все рязанское войско во главе с князем. 21 декабря была взята и Рязань, жители которой подверглись поголовному уничтожению.

В это время один рязанский воевода – Евпатий Коловрат — оказался в Чернигове. Возвратившись, он увидел разоренную Рязань и со своей малой дружиной он отправился по следам татар, чтобы отомстить им. В Суздальской земле он напал на войско Батыя, однако силы были не равны.

«И помчался во град Рязань и увидел город разорен, государей убитых и множество народа, полегшего: одни убиты и посечены, другие пожжены, а иные в реке потоплены. И воскричал Евпатий в горести души своей, распаляяся в сердце своем. И собрал небольшую дружину — тысячу семьсот человек, которых бог соблюл вне города. И погнались вослед безбожного царя, и едва нагнали его в земле Суздальской, и внезапно напали на станы Батыевы. И начали сечь без милости, и смешались все полки татарские. И стали татары точно пьяные или безумные. И бил их Евпатий так нещадно, что и мечи притуплялись, и брал он мечи татарские и сек ими. Почудилось татарам, что мертвые восстали. Евпатий же, насквозь проезжая сильные полки татарские, бил их нещадно»6. (Приложение 3)

Монголам удалось уничтожить отряд Евпатия только с помощью камнемётных орудий, предназначенных для разрушения укреплений. Поражённый отчаянной смелостью, мужеством и воинским искусством рязанского богатыря, Батый, сказав: «О Коловрат Евпатий! Хорошо ты меня попотчевал с малою своею дружиною, и многих богатырей сильной орды моей побил, и много полков разбил. Если бы такой вот служил у меня, — держал бы его у самого сердца своего»7. Отдал тело убитого Евпатия Коловрата оставшимся в живых русским воинам и, в знак уважения к их мужеству, повелел отпустить их, не причиняя им никакого вреда.

2.3 Сравнительный анализ источников

Ценность «Повести» заключается не в сообщении нам новых подробностей о монгольском нашествии, а в отражении этого события в общественном сознании России накануне взятия русскими Казани. Показательно само обращение к теме разорения русских земель в момент, когда крупнейшее Русское государство готовилось к последней схватке с некогда опасным, но все более слабеющим противником. Автор повести не оставляет в истории места для 250-летнего ига. По его мнению, ярко выраженному в последних строках текста, люди, пережившие батыев разгром, уже были избавлены Богом от татар. В некоторых списках этот рассказ продолжает фантастическая повесть об убиении Батыя.

Повесть о разорении Рязани Батыем» дошла до нас в составе цикла сказаний о Николе Заразском. Этот цикл объединил литературные памятники, различные по своему характеру, информативности и художественным достоинствам. В него вошли «Повесть о принесении иконы Николы Корсунского в Рязань», тесно связанная с ней «Повесть о гибели князя Федора и его семьи», «Родословие священников, служивших у иконы Николы», и «Сказания о чудесах от иконы в 1513 и 1531 годах».

Сходство отдельных фрагментов текста «Повести» с некоторыми памятниками литературы конца XIV—XV века не вызывает сомнения и отмечалось многими исследователями. Она имеет некоторые сходства с «Задонщиной», «Повестью о нашествии Тохтамыша на Москву», «Слове о житии и преставлении великого князя Дмитрия Ивановича, царя русского».

  1. Заключение

Существование личности Евпатия Коловрата является спорной. Но знаменитый подвиг Евпатия Коловрата навсегда останется вписан в анналах истории, как человек, который пожертвовал своей жизнью ради того, чтобы его земля жила и процветала ещё долгие столетия.

Особый интерес представляет красочное описание подвига Евпатия Коловрата. Безусловно, перед нами запись эпического сказания о богатыре. Даже смерть его необычна. Евпатия поражают из осадных машин, что невозможно в реальном полевом сражении. Этот образ близок целой плеяде подобных образов, отразившихся в русской литературе XV—XVII веков. Меркурий Смоленский, Демьян Куденьевич, Сухман — все они внезапно сталкиваются с противником, самостоятельно принимают решение об отпоре врагу, ведут бой с превосходящими силами противника, одерживают победу и погибают, но не в поединке, а в результате какой-то вражеской хитрости; подвиг их первоначально не имеет свидетелей.

Подвиг Евпатия Коловрата ставят в пример потомкам. Современное прагматичное поколение может сказать: и зачем надо было погибать зазря? Но есть обстоятельства, с которыми невозможно жить, невозможно осознавать, что ты ничего не сделал там, где мог, проявил трусость. До тех пор, пока живут на нашей земле люди, подобные герою Коловрату, будет жить наш народ.

Список использованной литературы

  1. Изборник (Сборник произведений литературы Древней Руси). – М.: Худож. лит, 1969. – С.344-361.

  2. Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. — 1890-1907, С. 605.

  3. Воинские повести Древней Руси. Л. Лениздат., 1985.

  4. Алексей Гудзь-Марков. Домонгольская Русь в летописных сводах V-XIIIвв. Издательство: Вече, 2008 г. Стр. 448

  5. «Мир истории. Русские земли в XIII—XV веках», Греков И. Б., Шахмагонов Ф. Ф., «Молодая Гвардия», М., 1988.

  6. Брохин В. С. «За русскую землю. Исторический очерк о борьбе рязанцев с Батыем, о русском богатыре Евпатии Коловрате и его брате Ковале Фатьяне.» Рязань, 1954.

Интернет-ресурсы

  1. Василий Ряховский — Евпатий Коловрат — http://iknigi.net/avtor-vasiliy-ryahovskiy/14991-evpatiy-kolovrat-vasiliy-ryahovskiy/read/page-1.html

  2. http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/975147

Приложение 1

Памятник Евпатию Коловрату в городском поселении Шилово.

Приложение 2.

Памятник в Рязани.

Приложение 3.

П. Литвинский. Евпатий Коловрат

1 Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона. — 1890-1907, С. — 105.

2 http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/975147

3 http://iknigi.net/avtor-vasiliy-ryahovskiy/14991-evpatiy-kolovrat-vasiliy-ryahovskiy/read/page-1.html

4 Воинские повести Древней Руси. Л. Лениздат. 1985, С – 136.

5 Изборник (Сборник произведений литературы Древней Руси). – М.: Худож. лит, 1969. – С.344

6 Изборник (Сборник произведений литературы Древней Руси). – М.: Худож. лит, 1969. – С.355

7 Изборник (Сборник произведений литературы Древней Руси). – М.: Худож. лит, 1969. – С.356

Просмотров работы: 2808

Подлинная история Евпатия Коловрата. Ридус

Я до сих пор сентиментален. Когда я вышел с премьеры фильма «Легенда о Коловрате», у меня на глазах появились шальные слезы, это правда. Не от умиления.

От горести за то, во что превращают исторические подвиги нашего русского народа, когда за их пересказ берутся лавочники от современного российского кинематографа.

Иван Шурховецкий снимал, а Джаник Файзиев продюссировал отличное кино. И это не про «Адмирал», картину напыщенную, красочную, но не правдивую.

Джаник может и умеет продавать отличное кино. А на те деньги, которые ему выделили на «Коловрата» он мог бы снять, конечно, не бессмертный шедевр, но хороший исторический фильм. Но Файзиев за десятки миллионов долларов снял футуристический индийский, болливудский блокбастер. Где один махараджа убивает одним ударом сразу сто врагов, а вместо боевых слонов в его картине появляется огромный бурый медведь, который серьезно решает расклад между русскими и монгольскими воинами в пользу русских.

Чтобы понимали те, кто не в теме. Евпатий Коловрат — это не герой языческого эпоса и не язычник из Переславля. Евпатий Коловрат — серьезный православный мужчина, рязанский воевода, боец и довольно свирепый, с большим опытом сражений.

Свой ключевой подвиг он совершил в 1238 году, когда с отрядом примерно в 1500—1700 русских воинов, он атаковал аръергард войска хана монголов Бату, взявших и разоривших до того его родную Рязань (Резань), и через две атаки был окружен монголами, не сдался, как и подобало русским упертым мужикам, бился до последнего, и по тогдашнему воинскому понятию, был, уже мертвым возвеличен Бату и с воинскими почестями передан русским, уцелевшим в сражении.

Почти весь отряд отважного воеводы был перебит, но традиция средневековья обязательно относила настоящих бойцов к почитанию современниками.

История Евпатия, возьмись за нее серьезный режиссер, могла бы получить сумасшедшее развитие.

В России уже сняты бесподобные по реконструкции событий тех времен фильмы — «Монгол» и «Орда», где даже пуговицы на одеждах русских и монголов сделаны в единичных экземплярах и из настоящей кости.

Джаник Файзиев и его братан Шурховецкий пошли другим путем. Для них события яростной и короткой драки Коловрата с монголами оказались репликой 300 спартанцев. Кстати, не самой лучшей. А потому приземистый и очень злой при жизни Бату (Батый) у Джаника — романтический гей в синем халатике и накрашенных ноготках на ухоженных ручках.

Я — русский патриот, но как можно так издеваться над завоевателями, взявшими полмира, именно благодаря «Яссе» Чингиз-хана, который все и всем просто и понятно обосновал, как и с помощью чего завоевывать народы — это по его мнению, точно не добиться с помощью молодых красивых мальчиков с крашенными глазами и лицами в окружении Бату, кстати, имевшего в реальности любимую жену.

Но Джанику этого мало, и он рисует всем монголам подведенные глаза.

Только зима, очень плохо и искусственно изображенная Файзиевым, не позволяет монголам раздеться догола, чтобы показать проколотые соски, как это показано в «300 спартанцев» у их лидера — персидского царя Ксеркса.

Нет, голые монголы тоже попадаются, когда бьют по барабанам в русские -20. Но ладно, давайте не о них.

Русские изображены духоподъемно. Говорю без иронии. Заказчик Файзиеву и его команде так возможно и сказал: «Русские должны быть крутыми пацанами».

Тут и Серебряков, конечно, включился, и многие герои нашего кинематографа. Но главное, что большинство актеров играли роль русских, по сути, смертников, от души. 

Да, им помогал медведь, который в зимнюю спячку проснулся, зарвал всех поганых, а наших пожалел, точнее, нет — просто помог и дал себя погладить. 

Да, нашим помог Генерал-Мороз. Поэтому, делегация Коловрата, выйдя из городских стен осажденной Рязани и через 500 метров достигнув лагеря Батыя, для переговоров, передравшись с монголами, уходила несколько дней, (вместо возвращения в Рязань), а ее не преследовали потому, что Батый приказал не догонять — «их и так убьет буран», где, в Рязани?! 

И ничего, что монгольские воины тех времен преодолевали до 100 км одного перехода в день, причем в любую погоду. 

Вы полагаете, я топлю за монголов? Нет. Но Файзиеву рекомендую прочитать великие книги советского писателя и профессора Яна «Батый» и «Чингизхан», чтобы хоть немного понимать суть эпохи. 

Я обязан сказать несколько важных слов про духоподъемность фильма. Этот факт есть. 

Русские в целом показаны храбрыми воинами, отражена роль православных пастырей, благословлявших ратников на бой и самих погибших в бою.

Фильм понравится многим людям, особенно тем, кто помнит «300 спартанцев», поколению гугл. 

Если создатели искренне видели фильм таким, то у меня даже нет претензий. И все-таки. 

  • Монголы не были геями, «Ясса» Чингиза карала это немедленной смертью. 
  • У русских не каждую минуту борода и усы были в белой крошке. 
  • Медведи спят зимой, а если и вылазят шатуны, то убивают одинаково и монголов, и русских. 
  • Если лагерь русских воинов ночует зимой в чистом поле, то жена воеводы, даже ради показа красивого тела, не раздевается догола, чтобы обнять на подстилке из пожухлой травы любимого мужа — в то время русская женщина рожала по 10 детей, как бы она это сделала отморозив придатки, она же не хипстер? 
  • В русской истории не было саней, на которых можно было, распустив парус, погнать по льду великих русских рек, спасаясь от монголов. Вы еще посмотрите, что это за парус, который развернули убегавшие от монголов дети-сироты — это даже в замедленном повторе сложная конструкция, кстати, куда делась лошадь, везшая до этого детей? 

Фильм Джаника Файзиева — это красивая промокашка. Подвиг прекрасного русского воеводы Коловрата и так останется в истории, как и многие аналогичные подвиги средневековья. 

Пресловутый «российский» кинематограф наносит нам, точнее так — людям, у которых еще есть мозги — удар за ударом, нацеленным на создание идиотического облика русской истории. 

Только в этом году это «Викинг», это бездарная «Матильда». Это теперь и «Коловрат». На «28 панфиловцев собирают деньги всем миром, и собирают еле-еле 2 млн долларов. На «Викинг», «Матильду» и «Коловрат» выделяют по 30−40 млн баксов как с куста на каждый, и выдают болливудское, даже не голливудское унылище. 

Ну, окей, ребята, вы заработали и молодцы, обращаюсь я к тем, кто все это режиссировал. Наше право, по сравнению с вами, бедняков и нищебродов, сделать так, чтобы за ваши «картины» нормальные люди не платили денег из своего кармана. Я свое дело в этом плане сделал. 

Коловрат Евпатий — русский герой :: SYL.ru

Подвиг Евпатия Коловрата – крепкого богатыря, воеводы и рязанского вельможи — навеки вписан в историю как пример мужества и героизма в защите своего Отечества от иноземных захватчиков.

Рязань в опасности

В 1237 году бесчисленные монгольские войска хана Батыя напали на российские территории. Первой жертвой на пути неприятеля стало Рязанское княжество, расположенное в юго–восточной части страны и граничащее с уже захваченными землями. Юрий Ингваревич – рязанский князь — обратился за помощью к главам соседних княжеств с просьбой о помощи в противостоянии врагу, требующему беспрекословного покорения хану Батыю. Не осмелились помочь соседи из опасений самим оказаться беспомощными перед монгольскими войсками.

сказание о евпатии коловратеДа и в количественном выражении собранное российское войско обязательно бы проиграло перед несметной силой неприятельской орды. Поэтому перед иноземным врагом рязанцы остались одни.

Наедине с врагом

Сначала рязанский князь хотел договориться мирным путем, поэтому на переговоры с монгольским предводителем отправил сына Федора. Предъявленные врагом непосильные требования не были приняты молодым принцем, за что последний был безжалостно убит. Следом, сбросившись с высокой башни, погибла его супруга Евпраксия, которую монголы собирались доставить Батыю.

Рязанские воины, потерпев неудачу в примирении с Батыем и не получив помощи от соседей, сами вышли на бой, ужасный и проигрышный. На одного русского приходилась тысяча монголов, на двоих – десять тысяч. В этом кровавом сражении, произошедшем 16 декабря 1237 года, монгольская орда одержала победу и вплотную подошла к Рязани.

коловрат евпатий

Пять дней иноземцы атаковали город, защитники которого не имели ни минуты отдыха. На шестой день монголы ворвались в крепость. Рязань подверглась страшнейшему жестокому разгрому, погибло очень большое число жителей города – враг не жалел ни старого, ни малого. Опустошив и соседние города земли Рязанской, Батый пошел дальше – завоевывать новые земли.

Подвиг Евпатия Коловрата

На момент разгрома Коловрат находился в соседней Черниговской земле, где вел переговоры о предоставлении помощи рязанцам. Получив известие о взятии своей земли и смерти Юрия Ингваревича и осознав дальнейшую бессмысленность своего пребывания на Черниговщине, Коловрат Евпатий решил вернуться назад. Нужно было воспрепятствовать врагу любыми силами и защитить еще не захваченные земли.

Вернувшись на пепелище Рязани и увидев страшную картину, полную ужаса и скорби, Коловрат Евпатий собрал уцелевших земляков (около 1700 человек), с которыми догнал врага уже на Суздальских землях.

Для монголов столь внезапное нападение было неожиданным: им казалось, что мертвые восстали из–под земли с целью отомстить за себя.

подвиг евпатия коловрата Потери понесли обе стороны. На бой с Евпатием выходил могучий Хостовул, который был рассечен русским воином пополам. Одолеть рязанцев враг смог путем использования орудия для метания камней, применяемого при штурме городов. Только таким способом монголами был убит Коловрат Евпатий, тело которого тут же немедленно доставили Батыю. Монгольский правитель и его приближенные были восхищены отважностью и мужеством русского воина. Широким жестом со стороны хана был приказ отпустить оставшихся в живых рязанцев, которым было передано тело Коловрата для захоронения по обычаю. Сказание о Евпатии Коловрате дошло до наших времен из «Повести о разорении Рязани Батыем».

Евпатий Коловрат – яркий пример защитника русской земли

К сожалению, доблесть русских воинов не смогла заменить отсутствие сплоченности и единства княжеств перед могущественным врагом. За междоусобицы и раздоры Руси пришлось расплачиваться военными неудачами, а затем и двухсотлетним порабощением иностранными захватчиками. Но подвиг, который совершил Коловрат Евпатий, стал ярким примером проявления мужества и патриотизма.

Отправить ответ

avatar
  Подписаться  
Уведомление о